Кризисная точка, казалось, прошла, и теперь мозг отчаянно соображал, как принять весь этот кошмар и не тронуться умом.
— Хорошо. Я тогда маме позвоню, а то она уже сообщение прислала, что хочет поболтать.
— Договорились.
Мне даже удалось улыбнуться — не знаю, насколько искренне, но Ксюша смогла смягчить удар судьбы. Я взял рубашку с джинсами и направился в ванную. Голову по-прежнему распирало от потока мыслей, которые червями роились в мозгу и переполняли его.
Пустота внутри означала только одно — я всё еще шокирован, а потом обухом накатит осознание. И оно принесёт с собой очень много боли. Рецидив прямо-таки…
Взглянув на собственное отражение в зеркале, я шмыгнул носом и закрыл глаза. Выглядел бледнее полотна… Опёршись руками о края раковины, я опустил голову. Пальцы крепко сжали керамическую поверхность. Как же сильно мне хотелось закричать, завыть… Будь я один, так и сделал бы, но я не хотел пугать Ксюшу.
В грудной клетке образовался снежный ком, который только нарастал с каждой секундой.
Веры больше нет…
Она не вернётся в этот дом…
Больше не скажет, как сильно любит меня…
Быть может, я больше никогда не услышу подобных слов от женщины…
Воспоминание ярко вспыхнуло в голове. Я увидел любимые чёрные волосы, ласковую улыбку…
— Хочу именно эту раковину, Роберт! Она классно подойдёт к интерьеру ванной! Ну же! Давай, решайся!
— Тебе не кажется, что это перебор? Эти края неровные…
— Она в виде ракушки ведь сделана! Ну! Но если ты не хочешь… — Вера не спорила со мной даже в таких мелочах, а я соглашался с ней, когда видел озорной блеск в зеленых, морских глазах:
— Главное, чего хочешь ты!
Вздохнув, я посмотрел на эту раковину и понял, что должен буду продать квартиру.
Я просто не мог находиться в стенах, где каждая мелочь напоминала о жене. Ведь и без того мыслей о ней было слишком много.
— Всё хорошо, мамуль! Честно! Ты отдыхай там, я пойду в библиотеку! — услышал я звонкий голос Ксюши.
Скорее всего, она находилась в коридоре, раз звук так четко доносился даже сквозь закрытую дверь.
Совесть уколом ударила в грудь. Ксюша врала из-за меня… До чего могла довести эта ложь впоследствии? Нам следовало решить уже, что делать с ребёнком. Быть может, фиктивный брак спас бы из каверзного положения? Но об этом я подумаю позже… Когда попрощаюсь с женой и задавлю внутри себя боль, медленно убивающую меня.
