Один вечер…
Всего один вечер и одна ночь!
Так, мы танцевали, опять пробовали блюда и даже почти душевно разговаривали о самом разном. Потом гуляли в саду при ресторане, наслаждались десертами и невероятно вкусным фруктовым чаем, а потом я поняла, что устала. Выдохлась. Не заметила, как задремала в машине, пока Мирон вёз меня обратно на квартиру.
Как же я соскучилась по этому настроению!
Боже, как мне было хорошо!
Все тревоги забылись, будто их никогда и не существовало, на душе было легко, воздушно — настоящий рай! Я не хотела, чтобы этот вечер заканчивался! Я хотела, чтобы Мирон остался таким навсегда.
Я хочу… хочу, чтобы он любил меня по-настоящему. Чтобы не использовал ради секса, не притворялся, не играл со мной как с куклой! А был моим первым, верным и единственным.
Мирон прикрыл меня своим пиджаком и плавно вёл машину. Он решил отказаться от услуг шофёра и провести этот вечер наедине. Его охрана следовала за ним на отдельном автомобиле, а я закуталась в его пиджак, который хранил тепло его тела и его личный запах.
М-м-м! Как потрясающе приятно…
Потом меня с воздушной лёгкостью оторвало от кресла, и я оказалась прижатой к твёрдой груди. Я по-прежнему не открывала глаза, ценя каждый миг, потому что боялась, что прекрасная сказка вдруг возьмёт и исчезнет."
"Мирон нёс меня на руках с особой заботой и бережливостью. Сейчас я дышала только им… Находилась в лёгкой полудрёме, словно выпила несколько бокалов вина. Мужчина положил меня на кровать. Чувственные пальцы легли на моё платье и осторожно его сняли… Мирон оставил меня в одних только трусиках и лифчике, накрыв одеялом.
Что?
И это всё?
Послышались шаги.
Но не успел он отойти подальше, как я вдруг машинально схватила его за руку и переплела наши пальцы, прошептав что-то спросонья, то, что само сорвалось с губ:
— Не уходи… Мне очень одиноко. Ненавижу быть одной… устала от этого. Как же я устала…
— Малышка… — прозвучал мягкий, встревоженный голос откуда-то сверху. Зашелестела одежда, рядом прогнулась кровать.
Меня окутало восхитительным теплом и удивительной нежностью, когда руки мужчины обвили мою талию, прижав меня к горячему торсу спиной.
Хотелось возомнить себя ласковой кошечкой и довольно потереться в ответ об эту прекрасную, могучую гору твердых мышц, которая дарила мне ощущение нужности и защиты.
— Спи, Диана, спи, — волос коснулся мягкий поцелуй. — Сладких снов.
Я таю. Таю и куда-то лечу, испытывая приятное головокружение.
