Не успела я что-то ответить Ирине, как Степка уже оказался на моих руках. Малыш хихикнул и шлепнул свои тепленькие ладошки на мои щёки, пожмякал их, я рассмеялась, осторожно приобняв малыша и прижала к себе.
Какое чудо!
Какие глазенки озорные!
Вот маленькая шкода!
И пахнет так приятно…
Я еще больше расчувствовалась и почувствовала еще большее нетерпение в ожидании, когда мой малыш родится на свет и когда я его точно также смогу взять на руки.
Мне показалось, что дни тянутся как года.
Впереди еще целых восемь изнурительных, но таких волшебных месяцев, которые мне придется прожить вместе с моим крохой.
— Надо же ты ему нравишься! С ума сойти! — Ирка даже взяла телефон и сфотографировала нас. — Прекрасно смотритесь! Да, Степочка, теперь я знаю, кто станет твоей крестной мамой.
Малыш продолжал хихикать и исследовать своими маленькими ручками мою одежду. Особенно его заинтересовали перламутровые пуговицы на моей кофте. Ира смотрела на наши сюсюканья, восхищаясь, а потом вдруг задала мне вопрос:
— А ты что же? Замуж не собираешься? Есть парень, муж?
Глава 23.
Конечно я боялась этого вопроса, который вспарывал в моей душе более-менее затянувшиеся раны, заставляя их кровоточить. Мне хотелось забыть то, что было между нами и Мироном как дурной сон. Забыть, жить спокойно и наслаждаться жизнью.
Но… Каждый раз кто-то мне об этом напоминал. И никуда от этого не деться, особенно когда животик вырастет. О том, кто его папа будут спрашивать очень часто. А когда малыш родится, я ведь буду на него смотреть и, не сомневаюсь, буду видеть лицо того человека, который мечтает стереть меня с лица земли.
Я все равно буду видеть в лице малыша его отца!
Вспоминать всё, что было между нами.
И ничего не смогу с этим поделать.
Только принять и не придавать серьёзного значения.
Как бы там ни было, проклятые чувства еще не остыли… Даже несмотря на мою ненависть к Мирону, я всё равно, дурочка такая, глубоко в бессознательном его люблю."
"После её вопроса я попыталась не выдать на своём лице истинные эмоции — это стоило мне больших усилий.
Но лучше, если Ира ничего не узнает, ради моей же безопасности. Я не стала рассказывать ей свою горькую историю, хоть и хотелось поделиться.
Вряд ли она будет болтать! Я знаю её с пелёнок! Но всё равно так мне будет спокойней.
— Нет. Пока никого нет, — с глубоким вздохом ответила я. — Были отношения… Но неудачные. Мы расстались. Я уехала. Пока поживу с тетей Светой.
— Понятно, — с тоской потянула она.
