Я не хотел тебя встречать. Я всегда ненавидел тебя. Даже не зная, я считал тебя причиной всех возможных бед. Но когда я впервые почувствовал твой аромат, то стал самым слабым среди всех людей. Самым слабым, понимаешь? Ты — моя слабость. Мой недостаток. Моя уязвимость. Проклятье. Но я бы ни за что не хотел снова стать сильным. Зачем быть сильнее остальных, если я не буду знать тебя?"
"Марина едва дышала, боясь спугнуть каждое его слово, оседающее на коже мурашками. Каждый волосок на ее коже вставал дыбом.
Ей становилось все жарче. Он говорил странные и непонятные вещи, от которых ее сердце совершенно сходило с ума. И дыхание, которое срывалось с его губ, овевая лицо, обладало какой-то нереальной силой. Теплый, чуточку влажный воздух с ароматом сладкой мяты опутывал ее невидимым дурманом, проникал в легкие, вытесняя все, чем она прежде дышала.
Она его видит третий раз в жизни. Третий. А он уже успел с ней сделать абсолютно ненормальные вещи. И сказать слова, от которых каждая кость в теле расплавилась и стекла обжигающим кипятком по внутренностям.
Заставляя себя шевелить губами, Марина тихо прошептала:
— Вы меня не знаете. Ни капли. Мы знакомы меньше недели, а я уже считаю вас самым ужасным человеком на земле. Мы виделись всего три раза. А вы зачем-то говорите мне это… Думаете, что я растаю и кинусь вам на шею?
Он снова чуть кривовато улыбнулся, и на этот раз Марина разглядела в его улыбке горечь.
— Я знаю тебя. Ты пахнешь сладостью и карамелью. Ты добрая.
Зачем-то заботишься о смотрителе и любишь детей. Пытаешься дать им надежду и свою любовь. Ты любишь ярко краситься и красивое белье. Ты смелая, раз не боишься дать мне отпор. И одновременно ты трусиха, потому что боишься признать свои чувства ко мне. Я чувствую твой запах. Он меняется, когда я нахожусь рядом. Всегда. Из всех раз, когда я касался тебя, сейчас тебе нравится больше всего. Даже в крепости, когда ты была возбуждена, тебе настолько не нравилось. Значит, тебе приятно, когда я обнимаю тебя.
Тебе нравится быть яркой, но ты все время пытаешься ото всех спрятаться. У тебя никогда не было мужчины. Ты этого еще не осознала, но ты ждала меня.
Марина чувствовала странную дрожь, зарождающуюся где-то в глубине ее души. Он называл те вещи, которые даже она боялась осознать. То, что было так глубоко в ней, но все равно жило и рвалось наружу вопреки всему.
— Вы ошибаетесь. Это потому, что мои родители боялись, что я стану… шлюхой.
