В ступню впилось что-то острое — на земле лежало голубоватое перышко.
Зачем-то она нагнулась, чтобы поднять его, и тут же из корней вынырнула огромная мохнатая лапа. Марина закричала, когда пять пальцев с длинными металлическими когтями-лезвиями обвились вокруг ее запястья и дернули вниз. Она упала на колени, а лапа начала утаскивать ее под землю. Корни дерева царапали кожу. Мох и грязь забивались в рот. Марина кричала, но только заглатывала комья земли и гнилые листья.
Не-е-е-ет! Нет, так быть не должно! Она не может умереть вот так! Лапа тащили ее все дальше и дальше, пока Марина не поняла, что оказалась под землей.
Со всех сторон ее окружал холод. Она оказалась погребена заживо.
Только собственная кровь, текущая из ран, оставленных медвежьей лапой, согревала. Марина не видела ничего вокруг. Нужно выбраться. Нужно копать… Она даже не понимала, открыты ее глаза или закрыты. Только во рту был жуткий вкус земли и возле кожи что-то копошилось. Нет, пожалуйста! Она ведь так хочет жить.
Хватка на запястье стала еще крепче, и ее потащило дальше, пока невидимый монстр не швырнул ее.
Марина упала и закричала, врезаясь коленями в твердый камень.
Она распахнула глаза и огляделась. Больше не было ни жуткого леса, ни могилы у корней дерева. Она на площади перед детдомом. Часовая стрелка сдвинулась, указывая на полночь, и гулко пробил колокол. В его звоне слышалось что-то страшное, погребальное… Откуда-то она совершенно точно знала, что это похоронный звон.
Марина поднялась на ноги, игнорируя боль в разбитых коленях.
Она даже не удивилась двум кровавым пятнам на рубашке. Совсем рядом с ее ступней лежало еще одно птичье перышко. А дальше еще одно. И еще. Марина осторожно шагнула вперед, каждый раз нагибаясь и зачем-то их поднимая, пока не собрала «букет». (""Неземной"" 7UTqknfm)
В сопровождении колокольного перезвона она продвигалась вперед. Единственная участница похоронной процессии. Не на свои ли похороны идет? Но и эта мысль почему-то не напугала.
Марина дошла до ратуши.
Странно, но все двери были распахнуты, и дорожка из перьев убегала в темноту. Она вошла в просторный холл. В открытые настежь окна влетал холодный ветер, трепал занавески. Марина побежала за перьями, боясь, что ветер их сдует. Смутно знакомым путем она дошла до лестницы. В памяти шевельнулось воспоминание — она поднимается вверх, ощущая за спиной чужое присутствие. Мужчину. Высокого. Горячего и твердого.
Вот и дверь. А за ней, освещенная свечами комнатка.
