Откуда-то Марина знает ее название — Башня Ведьмы. Повсюду горят свечи, мерцают блики на витражах, и почему-то трепещет тяжелая портьера, скрывающая картину.
Картина… Медведь с копьем. Поверженные тела. Кипящие в котле ведьмы и осел, лакающий кровь из кровавой лужи."
"Марина отшатнулась и вскрикнула, когда поняла, что кровь… настоящая. Она словно вытекала изнутри и растекалась по поверхности картины бордовой лужицей. По ней шли круги от ослиного языка. Он мерно двигался, собирая кровь, которой становилось все больше.
В пламени свечей она мерцала, как драгоценные рубины. Она вдруг начала вытекать из ран убитых медведем жертв. А потом забурлила в котле. Алые пузыри вздувались и лопались, распадаясь на брызги. Несколько из них попали на ладони и рубашку. Марина заторможенно следила за тем, как по сорочке растекается еще одно кровавое пятно. Внизу живота.
И почему сейчас ее это не пугает? Почему нет паники и страха? Почему она продолжает спокойно стоять и смотреть? Женщина на коленях вдруг медленно повернула голову и посмотрела на Марину прямым пристальным взглядом.
Ее пухлые губы приоткрылись:
— Она за стеной…
Марина не могла пошевелиться. За стеной… Кто за стеной? Ей всего лишь нужны ответы. Разве так сложно все объяснить?
Внезапно низ живота обожгла адская боль. Как будто туда втыкали длинные и тупые иголки. По внутренней стороне бедра потекло что-то липкое и горячее. Возле ее ног начала скапливаться кровавая лужица. Она истекает кровью… Новая волна боли прострелила живот, заставив согнуться.
Это было так мучительно, что Марина закричала.
— Открой! Открой глаза! Смотри на меня!
Боль скручивала все ее тело в тугие жгуты. За что ей это? Почему именно с ней?
— Ну! Давай! Марина, проснись!
Марина закашлялась, глотая воздух, и открыла глаза. Над ней нависло серьезное лицо Дагмара. Его глаза потемнели, став почти карими.
— Слава Богу! — Он обнял ее, поднимая над кроватью.
Сон… Это было всего лишь сон. Но такой яркий и настоящий, что заменил собой реальность.
Отголоски боли до сих пор гуляли по всему телу. Марина чувствовала себя такой потерянной, что не успела остановиться: медленно подняла отяжелевшие руки и обняла Дагмара за талию.
Он был огромным и горячим. Твердым и несгибаемым. Сейчас это успокаивало. Она зарылась лицом в его плечо, пытаясь выровнять дыхание. Древесный аромат стал еще четче.
— Все хорошо. Не бойся, я с тобой. — Он гладил ее волосы, накрывая массивной ладонью затылок.
