— Голос Дагмара звучал хрипло и низко, как будто каждое слово приходилось выдавливать из себя с трудом. — Он привел в клан женщину. Она… она сбежала из Ордена. Она была обычным человеком, по крайней мере, пахла так. И… над ней как раз ставили такие эксперименты. Она была ужасно запугана, на теле — ни одного живого места. Думаю, ее били и насиловали. Маттиас предложил ей убежище у нас, но никто его не поддержал. Здоровые и сильные мужики, способные ломать металл и камень, испугались, что женщина навлечет на них беду.
Мы думали, что оан сдаст нас Ордену. Тем, кто от него остался. Сейчас я понимаю, что это было так глупо… Маттиас стоял на своем. Он пообещал ей защиту и собирался сдержать свое слово. Но все остальные хотели, чтобы она ушла. — Голос Дагмара внезапно сел, и Марина поняла: нет, они хотели не ее ухода. Они хотели ее смерти.
Она сильнее сжала его руку, и Дагмар горько ухмыльнулся:
— Да, она должна была умереть, потому что успела увидеть наши лица и место, где мы живем. Маттиаса не поддержал никто.
А когда он пришел ко мне и попросил помочь хотя бы спрятать ее, я отказал. Отказал, зная, что он будет стоять до конца, и считая, что он прав. Я не понимал, какую угрозу для нас может представлять едва живая женщина. Но я так боялся разочаровать своего отца… Мне с таким трудом удавалось заслужить его одобрение, что малейший промах, и все могло пойти насмарку. Он выходил из себя, если я путал столовые приборы. Что случилось бы, пойди я против его воли? В общем, я не поддержал Маттиаса.
Та женщина умерла, не сумев принять медвежью кровь, а Маттиаса с позором изгнали. — Дагмар повернулся к Марине, улыбаясь горькой улыбкой, от которой становилось так больно, что хотелось вырвать с корнем собственное сердце. — Вот такой я трус и предатель, Марина. Я боялся, что ты уйдешь, если я не помечу тебя хотя бы таким способом. Боялся, что ты забудешь меня.
Автомобиль начал тормозить, и убрав руку с руля, Дагмар вытащил из внутреннего кармана бумажный кленовый листочек кроваво-алого цвета.
— Знаешь, что я загадал?
Марина молча покачала головой, не находя сил сказать хоть слово. Она уже и забыла об этом, но он помнил… Сохранил этот листок и, кажется, вполне серьезно воспринимал ее глупую идею.
— Чтобы ты всегда оставалась со мной.
Марина смотрела на листок в его руках, не находя слов. Одно то, что он его сохранил… почему это так действует на нее?
В стекло постучали и, вздрогнув, Марина обернулась. В салон, ехидно ухмыляясь, заглядывал Маттиас.
