На что бы она пошла ради возможности узнать хоть один, маленький его секрет?
Но она точно не была той девушкой, которую такие мужчины посвящают в свои тайны. Она не знала, кем надо быть, чтобы заинтересовать такого, как ОН. Не знала КАКОЙ надо быть. Да и в любом случае, у нее это не получилось бы.
Все, что она могла делать, это вести себя как обычно и забыть про него. Про его въедающийся в душу взгляд. Его глаза были… оранжевыми. Кажется, они даже светились в сумраке просторного зала и освещали его намного лучше двух оставшихся «в живых» ламп.
В его лице не было приторной смазливости или модной сейчас выхолощенности. Он был мужчиной. На тысячу процентов. Настоящим мужчиной, который никогда, НИКОГДА! не обратит внимание на девушку, вроде нее.
Марина набрала в грудь побольше воздуха и заставила себя выговорить:
— Вам тоже. Чтобы желания исполнились.
Он посмотрел на нее так, словно она сделала что-то безумное. Ненормальное. Марина ожидала, что он не возьмет, но он протянул руку и ухватился за бумажный листок.
Так получилось, что именно этот, бордовый, она хотела оставить себе. Когда раскрашивала, представляла себя героиней десятков романов, которые прочитала, и отчаянно надеялась, что ее ждет такая же, полная приключений и любви, жизнь. Нечаянно забросила его вместе с остальными листьями, и только перед самым началом праздника обнаружила. Глупо было верить в историю с желаниями, которую же сама и придумала, но как иначе жить? Как справляться со всеми неприятностями, если не верить, что все получится?
Сейчас уже было поздно что-либо менять и брать другой листочек.
Главное, что незнакомец его взял и не поставил ее в дурацкое положение перед всеми. Она поспешила отдернуть руку, чтобы он не дай бог не подумал, что она надеется привлечь его внимание, как случилось что-то очень странное.
Ей не могло показаться! Он потянулся к ней. Попытался прикоснуться, дотронуться пальцами до ее руки. Марину прошибло жаром, в грудь впились тысячи раскаленных пылающих игл.
Его горячая сухая кожа обожгла. Шершавые пальцы требовательно прошлись по ее костяшкам. В какой-то миг ей показалось, что сейчас он схватит ее за руку. И неожиданная, почти восторженная радость от этого, напугала не меньше его горящего оранжевого взгляда.
Марина едва не вскрикнула, когда его горячие пальцы заскользили выше. Казалось, что его кожа горит. Лихорадкой. Огнем. Безумием.
Она отдернула руку, когда его пальцы почти сомкнулись вокруг ее ладони.
