Если направят вдруг к гинекологу, проблем будет еще больше — врач может понять, что ты потеряла девственность на днях…
Вскидываю брови в изумлении.
— У тебя там рана. И в течение недели или двух можно будет понять, что ты лишилась целостности недавно, затем уже все заживет и…
— Откуда ты все это знаешь?! — спрашиваю в полнейшем шоке и на сестру во все глаза смотрю.
— Изучала информацию, Мел. Ты ведь понимаешь… чем все может обернуться. — Вновь начинает ходить по комнате. — Сейчас… ты должна встать, сестра… и спуститься к завтраку, чтобы отец не начал опять разговоры, что тебя нужно показать врачу.
Ты понимаешь, что будет?!
Прикрываю веки. Меня от всей этой ситуации уже трясти начинает.
— Я устала от вранья…
Неожиданно сестра меняет тактику и уже не нападает на меня, садится на кровать и берет руку, сжимает мои ледяные пальцы.
— Прекрати, Мел. Нам обеим очень сложно, но мы должны с этим всем справиться, мы должны… рука об руку пройти все эти сложности… осталось совсем чуть-чуть — и ты вернешься в свою жизнь, уедешь, но… если сейчас отец исполнит свою угрозу и вызовет врача, нам конец, сестра и жертва твоя была напрасной…
Киваю и выдавливаю из себя улыбку.
Сестра права. Посыпать голову пеплом я буду потом, когда выберусь отсюда, из этой западни…
Все потом… и чувства потом… и эмоции…
— Хорошо, Кара… Я постараюсь…
Отвечаю, и сестра подается вперед, обнимает меня крепко-крепко.
— Я не тварь, Мел, я вижу, как тебе сложно. Я понимаю, что попросила у тебя больше, чем все… я понимаю… поверь… но… у нас нет выхода…
Наконец сестра отпускает меня, и я киваю.
— Мне тоже страшно, Мелина, я тоже до одури боюсь шейха, к которому вернусь в твоей роли. Если он меня раскроет…
Замолкает и вновь улыбается. Только на этот раз как-то грустно, и в глазах у нее тоска проскальзывает — лютая, дикая, почти такая же, как и моя.
И я вдруг чисто на интуитивном уровне ощущаю, что горюет она по другому мужчине, и это не шейх…
— Почему ты не убежала с тем мужчиной, с которым легла? Почему он не пришел к отцу и не попросил тебя в жены? Он же понял, что был первым…
Задаю свои вопросы, и Каролина бледнеет.
Во взгляде проявляется затравленность. Больше передо мной нет расчетливой и продуманной девушки, которая всегда была первой в нашем дуэте. Каролина по характеру другая.
— Не лезь в это, Мел. Не стоит, — отвечает спустя паузу, когда вновь эмоции стираются с ее лица и появляется улыбка, — как я уже сказала, одного камня за пазухой тебе достаточно.
