"
"— Каролина! Объясни мне! Сейчас, внизу, ты была самой счастливой невестой, ты была так рада, что выходишь замуж за шейха, а сейчас убиваешься! Скажи отцу, чтобы не отдавал тебя! Я не понимаю…
— Не может он! Аязу не отказывают! — отвечает порывисто, — да и не могу я отказать… решение принято!
— Тогда объясни мне, чего ты так боишься!
— Знаешь, почему я должна завтра рано встать и куда должна ехать?!
Меняет тему, поднимается порывисто и направляется к балкону. Замирает на периферии комнаты и открытого пространства, а затем резко закрывает стеклянные двери, а я шокированно наблюдаю за всем этим.
Сестра же, полностью закрыв двери, закрывает и шторы. Чтобы мы не задохнулись, берет пульт от кондиционера и включает.
— Каролина, — окликаю ее, — что ты делаешь?..
Сестра резко разворачивается ко мне и заглядывает в глаза, смотрит пытливо, а затем выдает:
— Поклянись мне, что, что бы я тебе ни сказала, это останется нашей тайной! Нашим секретом!
Поднимаю руку и отвечаю как в далеком детстве, когда мы шутливые клятвы друг другу давали.
— Клянусь.
Кивает и подходит ко мне, будто готовится самую страшную тайну открыть.
— Завтра приедут люди шейха и отвезут меня…
— Куда? — губы дрожат, когда спрашиваю, не знаю, чего ожидать даже.
— В клинику.
— Зачем? — не понимаю, а сестра улыбается грустно и выдает с нажимом.
— Чтобы гинеколог проверил, девственна ли я!
Жмурюсь. На мгновение становится не по себе. Мой вольный дух против такого вот… возможно, поэтому я и последовала за матерью, потому что мне подобная процедура кажется унизительной…
— Но это не самое страшное, — неожиданно говорит сестра и улыбается как-то безумно.
— А что?! — спрашиваю опешив. — Почему ты так боишься?!
Сестра перестает улыбаться, резко вскидывает на меня глаза, делает шаг вперед и говорит с отчаянностью смертника, готового с обрыва прыгнуть:
— Потому что я больше не девственница…
Глава 5
Слова сестры оглушают. Я моргаю. Сначала не слишком понимаю, что слышу, но потом, когда вглядываюсь в ее лицо, понимаю… что не послышалось…
На автомате делаю несколько шагов и плюхаюсь на кровать.
Впервые понимаю, как это, когда ноги не держат.
— Что ты такое говоришь, Каролина?! — едва слышно шепчу, вглядываясь в лицо сестры, которая плакать начинает, и слезы по ее лицу текут рекой…
Кара, в отличие от меня, всегда умела плакать красиво, без соплей и распухшего носа…
— То, что слышишь, сестра. Так получилось…
— Что значит — «так получилось»?! — я не кричу, но явно близка к истерике.
