Наследница в алых шелках

Возможно, она не вернулась вовремя потому, что попала в беду.

Он постучал в дверь Розамунды. Тишина. Подождал, надеясь услышать шаги. Но тишину так ничто и не нарушило.

Гадая, не ошибся ли он, Кевин вернулся к себе, замер и снова прислушался. Когда за стеной раздался едва различимый шум, он подошел к ней и прижался ухом к штукатурке.

Он почти было заключил, что внезапное пробуждение сыграло шутку с его чувствами, но в этот самый момент снова что-то услышал. Приглушенный стеной душераздирающий всхлип, а следом – проклятье.

Она не открыла дверь, значит, хотела побыть одна. А вот черта с два.

Он вышел на террасу, забрался на балюстраду и прыжком одолел четыре фута, которые отделяли его от перил балкона Розамунды, приземлившись на ее террасу.

Через оконное стекло он увидел, что она сидит на краю дивана, уронив лицо в ладони и сгорбившись так, что затылок опустился к самым коленям. Звуков через стекло слышно не было, но ее тело раскачивалось вперед-назад, отчего Кевин встревожился.

На этот раз он не стал стучать, а просто откинул задвижку и вошел.

Она застыла. Несколько раз всхлипнув, опустила руки на колени. Но не выпрямилась и не посмотрела на него.

– Вам плохо? – спросил Кевин. – Вы ранены?

У нее хватило выдержки сесть прямо. Она снова всхлипнула и вытерла глаза зажатым в руке мятым носовым платком, по-прежнему не глядя на него.

Наконец Розамунда заговорила – тихо, чуть громче шепота:

– Телесной раны мне не наносили. Экипаж не перевернулся, у меня ничего не крали.

Она выглядела такой чертовски грустной. Глаза по-прежнему блестели от слез, и от выражения ее лица у него защемило сердце. Кевин подошел поближе.

Она покачала головой и наконец взглянула на него. Ее взгляд пронзил его, словно она оценивала, достоин ли он откровенности. Потом снова откинулась на диван и глубоко, всем телом, вздохнула.

– Сегодня я узнала, что то, во что я очень долго верила, на что опиралась и чему доверяло мое сердце, оказалось ложью.

Она подняла руку с платком и безнадежно ею взмахнула.

Кевин присел на диван.

– Тогда вы имеете право хорошенько выплакаться. – Он положил руку на спинку дивана у нее за спиной. – Если нужно, мое плечо в вашем распоряжении.

Розамунда пару раз сморгнула, потом придвинулась и положила голову ему на руку. Вытерла нос платочком. Кевин вытащил свежий платок из кармана сюртука и протянул ей.