Наследница в алых шелках

– Когда бы это ни произошло, не вижу, зачем вам надо со мной об этом говорить.

Они переглянулись, затем посмотрели на нее, потом снова друг на друга. Фелисити широко улыбнулась Розамунде.

– Мы хотим, чтобы вы вернули компанию семье. Не деньги, только компанию. Наша доля в предприятии куда меньше, чем потерянное нами наследство, но это хоть что-то.

– Кевину это пойдет на пользу, ведь он все-таки не искушен в коммерции, и будет разумно привлечь опытных вкладчиков, – добавил Уолтер.

– Я считаю, что выйти из партнерства будет полезно и для вашего брака тоже.

Нехорошо, когда между супругами стоят финансовые вопросы. – Лицо Фелисити сделалось лукавым. – И если он из-за этого на вас женился, что ж, ему все равно уже никуда не деться.

– Однако вы только что мне сказали, что предприятие имеет ценность, пусть даже производство еще не запущено.

– Очень малую по сравнению с тем капиталом, что вы получили, – торопливо ответил Уолтер. – Это как сравнивать лужицу с океаном.

Розамунда заставила себя мысленно отступить на пять шагов, чтобы окинуть внутренним взглядом истинную цель этого визита.

Как только она в полной мере ее поняла, весь этот странный разговор стал ей понятен.

– Скажите мне вот что. Узнав его ценность и полагая, что меня не найдут, вы решили нажиться на своих ожиданиях, верно?

– Что вы хотите этим сказать? – спросил Уолтер.

– Вы продали свою долю, прежде чем она попала к вам в руки? Не могу придумать иной причины, почему вы уже второй раз вместе или порознь подталкиваете меня к тому, чтобы я вернула свою половину семье.

По вашим словам, для вас всех она похожа на маленькую лужицу. Вы были так уверены, что она станет вашей, что продали ее до того, как получили?

Выражение лица Уолтера выдало всю правду. Фелисити попыталась замаскировать свое удивление заносчивостью.

– Как неловко с вашей стороны, – сказала Розамунда. – По-моему, это противозаконно. Думаю, вам следует вернуть деньги.

Как большинство мужчин, Уолтер предпочел злость смущению.

– Я же тебе говорил, что она не станет слушать разумных доводов, – бросил он жене и начал вставать.

 – Я не потерплю такого от какой-то шляпницы.

– Погоди! – воскликнула Фелисити, на ощупь вцепившись ему в руку. Она смотрела на Розамунду вытаращенными напуганными глазами. – Мы не можем их вернуть. Их уже нет.

Уже нет. Истрачены. Розамунда повнимательнее присмотрелась к наряду Фелисити. Новый и модный. Ей стало интересно, сколько эта женщина тратит за год. Наверное, много.