Генриху что, он, как подозревала княжна, опять развесил везде специальные амулеты, прежде, чем начинать неприятный разговор. Это она тут, как на ладони.
Вспомнив о досадной промашке, с которой все началось, Либуше вспомнила также, о чем хотела завести разговор с мужем. Обман, пусть и для ее же блага, начинал тяготить. А ожидание уже пугало больше, чем само предстоящее действо. Решив, что испортить сегодняшний вечер еще больше не получится, Либуше решительно потянула на себя дверь, ведущую в смежную комнату.
Но застала только одну из стенных панелей, встающую на свое место. Спальня принца опять была пуста.
Когда первая досада прошла, Либуше потратила не один час, раздумывая над вечерним разговором. Итак, похоже, это очередная проверка. Муж ясно дал понять, что за добро надо платить добром. И сейчас он давал Либуше возможность самой решить, с кем она и как собирается жить дальше.
Задумавшись о том, кто из свиты мог тайком писать письма в Любице, княжна также заметила, что в последние недели почти не имела возможности поговорить по душам с подружками.
Ей постоянно надо было куда-то бежать: то на встречу, то на прием, то на прогулку. То кто-то из заксов крутился поблизости, словно случайно. А случайно ли?"
"Либуше уснула, так и не решив, на кого она злится больше: на мужа-закса или на свою свиту. То у нее выходило, что прав отец, посылая людей приглядеть, чтобы ее не обижали в новой семье. То, наоборот, что прав муж, не желая выносить напоказ те крохи уединения, которые достаются им во дворце.
А наутро следы бессонницы были заметны на лицах обоих молодоженов. Вспомнив недавний разговор с королевой, Либуше решила немного подыграть супругу.
— Говорила же тебе вчера, не пей так много кофе на ночь! — Громким шепотом пожурила она принца. Тот на миг вопросительно вскинул бровь, но тут же включился в игру.
— Виноват, дорогая, больше не буду. — Так же шепотом покаялся он.
— Вот! — Его Величество не стесняясь прокомментировал этот тихий обмен репликами, — Слушай жену, если уж считаешь, что из материнских советов ты уже вырос.
Под добродушные смешки семьи Ее Величество демонстративно пододвинула кофейник к себе, когда Генрих потянулся за следующей порцией.
— Привычки, слишком дорогие для казны, не красят монарха, — наставительно произнесла королева Ариана. И тут же с нарочито счастливым видом налила себе вторую порцию.
— Хорошо, мама, — тоже подчеркнуто кротко согласился кронпринц.
