Утром после завтрака принцесса Мелисса взяла невестку под руку и потащила гулять со словами: «Пойдем, а то, похоже, опять штормить собирается. Кто знает, сколько придется потом в покоях просидеть». Все еще занятая своими мыслям Либуше молча дала себя увести. Свита привычно отстала, повинуясь жесту принцессы. «Пусть погуляют чуть поотдаль. Не хочу, чтобы к каждому слову прислушивались» — деланно беспечно пояснила Мелли. Либуше, которой сейчас меньше всего хотелось лишних разговоров, не стала спорить.
Прогулявшись немного по аллеям, Мелли свернула к небольшой беседке.
Деревья и кустарники располагались так, чтобы создавать иллюзию уединения. И, вместе с тем, место располагалось почти на виду. Достаточно открыто, чтобы не бояться случайных ушей.
— Либуше, — не стала юлить Мелисса, — может, расскажешь, что у вас происходит?
— Прости? — Либуше в первый момент растерялась, не зная, как реагировать на такую откровенность.
— Это ты прости, — мягко улыбнулась ей невестка. — Я понимаю, что, возможно, перехожу границы.
Но ты в последнее время кажешься такой нечастной. Не всегда, нет, но иногда сквозь привычную маску видно. Ты скажи, если я чем-то могу помочь. Мы ведь с Агатой и сами не так давно стали принцессами. Я — так и вовсе еще не до конца подстроилась под дворцовый ритм и понимаю, как это все может нервировать. Так что мы поймем и, ни в коем случае, не осудим.
Либуше на миг задумалась. А ведь и правда, в королевской семье Люнборга их с Генрихом свадьба — третья за последний год. И обе невестки, хоть и заксонки, но совсем не королевских кровей.
Уж, наверное, им тоже пришлось несладко. И княжна решилась рассказать если не всю правду, но, по крайней мере, часть ее.
— Устала я, — честно признала она, присаживаясь на каменную скамейку и поглядывая, сколько времени у них осталось до подхода остальных. — Я думала, привыкла быть все время на виду, справлюсь. Но, видно, не справляюсь.
— Прекрасно справляешься, — поспешила успокоить княжну невестка. — Но, конечно, привыкнуть к тому, что ты теперь ни днем ни ночью не остаешься одна, это непросто.
Но, знаешь ведь совсем не обязательно все время быть на виду. Свадебные торжества, на которых мы все просто обязаны были быть, прошли. И если вы с Генрихом как-нибудь захотите позавтракать вдвоем, никто не осудит. Только ему говорить надо, а то сам он до такого вряд ли додумается.
— Почему? — Либуше стало интересно. Вот уже второй человек намекает ей на недогадливость мужа. Как же так?
— А он у нас — будущий король.
