— Да, вроде бы они могут многократно усилить имеющийся дар. Ненадолго правда, и только если посчитают нужным. Но они же могут жестоко наказать, если используешь дар не во благо.
И еще, никто не знает, как волхвы выбирают себе место. В святилище прийти может каждый, а остаются — не все. Кто-то уходит насовсем. Кто-то — чтобы служить князю, людям или даже сопровождать купцов, храня от беды. И может оказаться, что под видом слабенького обережника едет в обозе сильный волхв. А в городском святилище за главного выступает средненький целитель или воздушник.
С хворью справляется, засуху отводит, а большего ни от него. Ни от богов никто и не требует.
— Интересно у вас, — хмыкнул кронпринц.
— Как и у вас, — парировала Либуше.
— Наверное. Ну а что нам даст твое письмо князю?
— Отец поговорит с волхвом, — на миг Либуше задумалась, пытаясь понятнее сформулировать мысль. — Они редко уезжают далеко от святилищ. И если такой путешественник был, волхвы могут знать.
— А они скажут?
— Может, скажут. А, может, не скажут.
— Княжна пожала плечами. — Попробовать-то можно.
— Действительно, — огласился Генрих, сдаваясь. Он и так сегодня узнал кое-что новое о соседях, к которым, казалось, за столько-то столетий бок о бок давно уже можно было приглядеться получше. Даже если Либуше и сказала не все, допрашивать жену в его намерения не входило.
Ответ от князя пришел довольно быстро. Вдову к тому времени успели ненадолго поместить в лечебницу, придумав для отвода глаз какую-то телесную хворь. Целители, правда, взялись за дело на совесть, действительно подлечив не пышущую здоровьем женщину.
Маркусу сказали, что мачеха больна и определили к оруженосцам. Правда, под отцовским именем. О делах попросили не трепаться, мотивируя тем, что без матери такие вопросы решать никто не будет. Вот выздоровеет, тогда и разберемся. Мальчик только понятливо кивнул, не став задавать лишних вопросов.
— Он, вообще, неплохой парнишка, — пересказывал потом Генрих доклады наставников. — Обучен неплохо, дерется честно, знакомством с нами не козыряет.
"
"— Честный, прямой… — Эрик нарочито сокрушенно покачал головой, — служить ему Генрих, и дальше по твоей части. Мне нужны такие, которые победят любой ценой. А Гуннару — кто сумеет вывернуться, не доводя дело до драки. — Он подмигнул старшим братьям.
Так что королевская семья не без оснований считала, что они сумели выиграть время, не заставляя заговорщиков спешно заметать следы.
— Странно. — Либуше протянула Генриху лист с княжеским гербом.
