Наследство

Господин Илюшин на секунду даже перестал драться.

— Идиоты! У нее не парик! Это — свои!

Парень, завернутый в простыню, вскочил и бросился к Яне, спихивая ее с бортика в воду.

Яна бухнулась в бассейн крайне неудачно на каком-то вздохе, сразу же наглотавшись воды. Мужчина вытащил ее на поверхность, а Яна продолжала барахтаться и кричать:

— Я не умею плавать! Помогите! Мужчина слегка дернул ее, и Яна почувствовала силу его рук, потому что он буквально воткнул ее в дно, поставив на ноги.

— Здесь мелко! — сказал он, и Яна впервые так близко посмотрела ему в глаза.

Они оказались очень интересными по цвету. Издалека казались просто темными, а вблизи вокруг темного зрачка располагалась коричневая радужка, а потом все светлее и светлее до красивого темно-зеленого цвета.

— Немедленно прекратить беспредел! — крикнул он дерущимся.

— Тихо-тихо, ребята… Ну правда? Чего вы… — вторил кто-то еще, — перед гостями неудобно…

Яну достали из бассейна, дали полотенце и махровый халат. Так ее и увезли в отделение вместе со всеми, потому что администрация базы отдыха вызвала полицию, когда им кто-то сообщил, что в бассейне драка, а какую-то девицу подпалили заживо.

Директор базы сильно перепугался и, несмотря на то что среди присутствующих были люди из руководства и иностранные гости, свое кресло ему оказалось ближе, в тюрьму он точно не захотел и сообщил во всех устрашающих красках, что происходит на его земле.

Полиция отреагировала мгновенно и для задержания «банды, сжигающей людей заживо» выехал ОМОН.

А эти люди сначала вяжут всех, а затем уж разбираются.

Несколько часов Цветкова провела в камере предварительного заключения вместе с мгновенно протрезвевшим Степаном Сергеевичем, пока не заснула. Привезли ее в мокрой одежде, но в полиции тоже работали не звери, да еще господин Илюшин орал своим театрально поставленным голосом:

— Звери! Что вы делаете?! Зима! Мороз! Девушка вся продрогла! Мокрая! Она же не преступница, она же — жертва!

— Разберемся! А вы тоже не шумите, а то успокоим!

Но на время разбирательства Яне принесли весьма страшный комплект одежды, но по крайней мере сухой.

Это были милицейские, то есть полицейские штаны и халат темно-синего цвета, явно уборщицы. Еще Цветковой принесли теплый шерстяной плед. Она в него закуталась и уснула от нервного переутомления. Илюшин ей еще колыбельную сбацал напоследок.

— Выходим по одному! — привел их в чувство добрый голос полицейского.