Насмешка судьбы

— Уж не думаешь ли ты превратить меня в некую смесь наложницы и манекенщицы? Тогда ты не на ту напал...

— Не думаю, — перебил он и встал у нее за спиной. Распустив косу, Лоренцо протянул ей расческу и властным тоном предупредил: — Тебе не удастся утаить страсть, как ты делаешь это со своими роскошными волосами, заплетая всякие дурацкие косички. Я не позволю тебе этого.

— Не смей указывать мне, что я могу делать, а что нет.

— Тогда вспомни, что случается, когда ты упрямишься. Извлеки наконец урок из своих ошибок, — бесстрастно сказал он.

— Я знаю, — буркнула она, снедаемая чувством вины перед родными.

— А когда я уйду из их жизни, ты будешь поддерживать с ними связь, — сухо добавил он. — Можешь свалить всю вину на меня и сказать им, что ферма при разводе осталась тебе. Они так же бережно следили за моим имуществом, как и ты когда-то.

— Но они души в тебе не чают, — дрожащим голосом возразила она.

— И все же я не вернусь, — твердо сказал он. — Полагаю, я сделал все, что от меня требовалось, пока ты отсутствовала. Я чист перед ними.

— Видимо, для такой важной шишки, как ты, навещать своих соседей настоящая обуза! — вспылила Энжи.

Лоренцо развернул ее к себе лицом и пристально посмотрел в глаза. На какое-то мгновение в них промелькнуло нечто похожее на смятение.

— Держи себя в руках, — хрипло произнес он. — Все, что я хочу на этот момент, так это наслаждаться твоим прекрасным телом.

— А ты думаешь, что я хочу другого?

— Думаю, у тебя в характере связываться с непорядочными людьми, и я не желаю снова расплачиваться. Просто ты отдаешь мне старый долг, Анжелика. Постарайся не забывать об этом.

После ухода Лоренцо она долго сидела перед зеркалом, со страхом глядя на свое отражение. Потом она закрыла глаза из опасения увидеть то, что сумел увидеть он.

После ланча они выехали в свое поместье. Утро же было посвящено визитам вежливости к соседям в сопровождении Лючии и Бьянки. Практически вся молодежь уехала из деревни в город в поисках работы, и поэтому длительное отсутствие Энжи было воспринято с пониманием.

При виде дома, под крышей которого она прожила несколько месяцев вдвоем с Лоренцо, у нее заныло внутри. Все, на чем останавливался взгляд, отдавалось острой болью в сердце.