Но было не на ком. И она страдала.
Чуть поодаль – девчонка-студентка. Выражение лица такое, что, казалось, вот-вот заплачет. То ли не выспалась бедняжка. То ли утром уже успели ее обокрасть…
От нечего делать четвертую, пятую, седьмую попутчицу наблюдаю. Боже, да чего они все такие заторможенные, замороженные, обиженные, озлобленные? Ну ведь ни одного кокетливого взгляда! Ни одного обаятельного лица! Ни одной настоящей стервы! Хотя и одеты что надо. И косметика. И маникюр. И в ушках блестит. И на пальцах переливается.
Но ни дать ни взять – безликие царевны-несмеяны.
И мне вдруг стало маленько не по себе. Неужели и я сейчас такая же насупленно-скукоженная? Неужели и у меня такой же отталкивающе-замороженный вид?
Откинувшись на сиденье, я скорехонько плечи расправила, живот втянула, мышцы щек расслабила, уголки губ приподняла. Взгляду мягкость придала…
А за окном все проносились пейзажи сонного города. А впереди меня ждал недописанный очерк. Но к черту пейзажи. К черту очерк. Я уже знала, чем займусь в ближайшие часы: я стану писать главу про то, как наши женщины не умеют носить… лицо.
Да, да, не умеют носить лицо. Носить шубы, шляпки, джинсы, шарфики, бижутерию умеют, а лицо нет. И оттого некрасивы. Не милы, не обаятельны. Да что там – не обаятельны – просто отталкивающи. А еще в неумении носить лицо они ну просто пугают мужиков. Заставляют их держаться на расстоянии глухого равнодушия."
"Не преувеличиваю. В маршрутке в то утро ехали не только напомаженные царевны-несмеяны, добры молодцы тоже были.
Но они на женщин ноль внимания. Полное такое равнодушие. Кто-то уткнулся в окно. Кто-то закрылся газетой. Кто-то погрузился в переваривание утренних новостей, которые вещало радио. И ни одного взгляда в сторону дам. Полная глухота к их красоте.
И ведь это был нам приговор! Теперь ты поняла, почему я так спешно засобиралась развить тему «Как носить лицо»?
А теперь давай к делу.
Чтобы усвоить столь пикантную науку, понаблюдай для начала за выражением глаз, мимикой, жестами совершенно незнакомых тебе женщин, которым не надо играть на публику, потому как публика чужая, а значит, им плевать, что про них подумают.
Вот за этими и понаблюдай. Где угодно. В транспорте, в магазине, даже на концерте.
Отталкивающих лиц, даже физически очень красивых, увидишь очень много. Одна насупила брови, и выражение ее лица тут же стало неприветливым, отталкивающим. Другая состроила такую презрительную усмешку, что к ней даже боязно подойти.
