Отвернувшись и убрав руки в карманы брюк, он застыл у огромного окна и уставился на крохотные огоньки, которые загорались у подножья скалы.
— Ты готова простить мне все прегрешения, но это не значит, что я не невиновен. Виновен и готов отвечать.
— Рейган, сыночек, — тихо вздохнула Никандра, неотрывно глядя на его спину, — у тебя не было другого выхода. И Франческа это обязательно поймет… уже понимает. Твой долг — спасти Запределье и ты уже на пути к этому. За столь короткий срок твоя жена сделала намного больше, чем мы за все прошедшие годы.
Неужели ты… ты позволишь ей уйти?
— Да, — коротко кивнул Рейган.
— Ты с ума сошел! — возмутилась она.
— Как только мы поймем, как бороться с червоточинами, найдем способ их уничтожить, Франческа вернется домой к своему жениху. И это не обсуждается, — жестко припечатал он.
— Ты действительно отпустишь ее? — ахнула Никандра и покачала головой.
— Да.
— Так просто отдашь этому… некроманту? Или кто там остался за стеной? — не отступала она.
— Некромант. Алекс Вермонд.
Ее жених.
Было видно, как тяжело Рейгану произнести это имя.
— Это ничего не значит, дорогой. Люцилла тоже была твоей невестой. Посмотри, как все изменилось. Время порой бывает беспощадно даже к самым крепким отношениям.
— Франческа любит его.
Но Никандра не собиралась сдаваться, вместо этого поинтересовалась:
— Ты так в этом уверен?
Рейган проигнорировал ее вопрос, лишь упрямо повторил:
— Франческа и так сделала очень много для Запределья. Она вернется домой к любимому, выйдет замуж и будет счастлива, забыв о Запределье и обо всем этом как о кошмарном сне.
В огромном кабинете наступила тишина, которую нарушало лишь тиканье часов на полке.
Никандра в течение нескольких секунд, не мигая, таращилась на спину сына, а после тихо спросила:
— А что будет с тобой, Рейган?
Он вздрогнул и застыл. Снова повисла тишина. Горькая, болезненная, бьющая по нервам.
— Я справлюсь. Все будет хорошо, мам.
А она… внезапно все поняла. Раньше только догадывалась, а сейчас убедилась, увидела своими глазами.
Схватившись за подлокотники, вдовствующая княгиня медленно поднялась. Ей пришлось сглотнуть ком в горле, прежде чем срывающимся шепотом выдохнуть:
— Боги, Рейган… ты что… ты и эта девочка… ты любишь ее?
Она словно сама не верила в то, что говорила.
— Франческа вернется домой. Это мое решение.
— И ты так просто отступишься? Отдашь ее другому? — не сдавалась она.
Рейган все-таки обернулся. И Никандра вздрогнула, заметив, как потемнел его взгляд.
