По характерному блеску в глазах Леша догадался, что она готова вот-вот заплакать. Такой сцены на глазах жильцов он допустить не мог.
— Давай отойдем, — быстро подхватил он ее под локоть и завернул за угол. — Лида, я должен тебе сказать, что никакой свадьбы не будет. Все ваши расходы — на платье и остальное — я возмещу. Извини.
Вопреки ожиданию Тишковская восприняла новость спокойно: ни слез, ни истерики. Выходило, прежнее ее поведение было хорошо продуманной игрой? Или она ждала этого разговора?
— Ты все еще продолжаешь ее любить, — насмешливо произнесла она после недолгого молчания.
— А ты уверен, что она любит тебя?
— Тебя это не касается.
— Касается! — жестко заявила Лида. — Касается! Я не отдам тебя той, которая убила твоего ребенка! Если бы она тебя любила, то никогда этого не сделала бы! Любящая женщина всегда отождествляет своего ребенка с его отцом, а она его убила! Когда-нибудь она убьет и тебя!
— Что за чушь ты несешь? Какой ребенок?
— Вот видишь, ты даже не знал, что она была беременна… Бог дает орехи беззубым, — повторила она услышанную от врача поговорку и безжалостно добавила: — Через неделю после моего выкидыша она преспокойно сделала аборт: в той же больнице и в том же отделении.
— Я тебе не верю… — выйдя из кратковременного ступора, вымолвил Алексей и вдруг крепко тряхнул Лиду за плечи. — Этого не могло быть, ты все придумала! Ты врешь!!!
— Рада бы соврать… Отпусти, мне больно, — повела она плечами. — Можешь зайти в больницу и спросить у заведующей.
Кажется, она сегодня дежурит.
«Неправда, неправда, неправда! — твердил Алексей, пока несся к троллейбусной остановке. — Она не могла! Надо успокоиться, все проверить. Мало ли Крапивиных в городе!»
— Ксения Олеговна! — бросился он навстречу появившейся в приемном покое женщине в белом халате. Та испуганно отпрянула. — Мне нужно узнать одну вещь. Помогите, пожалуйста, — взмолился он.
Устоять перед таким напором было невозможно.
— Хорошо. Пройдите ко мне в кабинет. Молодой человек со мной, — бросила она медсестре.
— Что вы хотите узнать? — спросила она, закрыв за собой дверь с табличкой «Заведующий гинекологическим отделением».
— Я хочу знать, делала ли аборт в конце апреля студентка Тамара Крапивина.
— Это конфиденциальная информация, я не имею права, — протестующе подняла руку доктор.
— Я вас очень прошу, одно слово: да или нет.
— Ну хорошо… — неожиданно быстро сдалась она. — Поскольку знаю вас лично… Подождите, я проверю в журнале.
