Назло громам

Этот яд ассоциировался с ее, а не с его жизнью. Ее должны были найти мертвой, лежащей на полу. Доказательство смерти от вдыхания испарений нитробензола обнаружили бы через двадцать четыре часа, что и произошло на самом деле. Таким образом, естественным предположением должно было стать то, что ее отравили тем же способом, которым, должно быть, отравили Мэтьюза. И никто никогда не раскрыл бы…

— Не раскрыл бы что?

— Мотивы убийцы, — ответил доктор Фелл. — Ему пришлось убить ее очень быстро, иначе она выдала бы его.

— Она выдала… — Паула остановилась. — Я не понимаю!

— А вы понимаете, сэр Джералд?

Доктор Фелл закрыл глаза.

— Мой друг Обертен, — сказал он, — возложил на меня такую тяжкую обязанность, которую мне до сих пор не доводилось исполнять. Я должен сделать это, хотя и мог бы отказаться. Мне очень не хотелось бы срывать еще одну маску, чтобы показать неприятное лицо человека, которого вы сами наверняка когда-либо видели. Мисс Кэтфорд, вы спрашивали, чего хотел убийца.

— Конечно нет! Или, но крайней мере…

Паула снова замолчала, контролируя себя, и в глазах ее снова мелькнул страх. Тут заговорил Брайан, сражающийся с призраками:

— Она мечтала о новой жизни и постоянно об этом говорила. «Я много страдала, и вы это знаете. У меня может начаться новая жизнь; я даже смогу вернуться на сцену, причем с триумфом!» Наверное, никто из нас никогда не забудет, с каким восторгом она это говорила, и вообще ее настроение в ту ночь в «Отель дю Рон».

Доктор Фелл, неподвижно стоявший у стола в центре кабинета, открыл глаза и поднял свою трость с набалдашником.

— Вот именно, — произнес он с какой-то яростью. — Черт побери, это уже теплее! Не забывайте об «Отель дю Рон» и ее настроении во время нашей с ней встречи. Раз уж вы вспомнили об этом, делайте следующий шаг. Она могла бы начать новую жизнь, могла быть счастлива, с триумфом вернувшись на сцену (возможно, думая так, она ошибалась), и когда все это могло произойти?

— Она сказала, что когда закончит свою книгу и очистит себя от всех подозрений, связанных со смертью Мэтьюза.

— Это все, чего она хотела? Это все, что было мечтой и блестящей иллюзией Евы Ферье? — Доктор Фелл поднял руку, опережая реплику Брайана. — Прежде чем вы ответите, прошу вас подумать об этой женщине, какой она была на самом деле, а не какой ее обычно изображают.