Назови меня по имени, или Укротить миллионера

Да что ж такое! Надо сказать Галине, чтобы уволила неумеху, а то скоро без посуды останемся. А… Точно. Я же не дома.

— Не могла бы ты… — попытался встать, получилось, — потише.

Из-за внезапного головокружения свалился обратно на диван. Тот жалобно скрипнул и чудом не развалился.

— Пойду за тряпкой, — выпалила девушка и выбежала из комнаты, снова противно прошаркав тапками.

Неужели нельзя купить комнатную обувь помягче? Или так сложно ходить босиком?

Пока она где-то шлялась, я сделал вторую попытку подняться, на этот раз удержавшись на ногах.

Надо было с первого захода скинуть пиджак. Он тяготил. Я вообще не понимал, как некоторые ходят в нем сутками, семь раз в неделю, снимая разве что во время отпуска.

Настенные часы совковского дизайна показывали девять.

— Что ты не понял? — спросила девушка елейный голосом. Таким нежным и томным, как говорят мои курочки перед тем, как ублажить по полной программе. Неужели я по пьяни снял дешевку?

— Твои часы ходят правильно?

Она склонилась и начала собирать осколки в пакет.

Я же заметил смартфон на тумбочке, подошел и посмотрел на число. Твою ж…

— Рома, положи телефон на место. Неприлично копаться в личных вещах другого человека.

— Я же сказал, Роман Георгиевич. Или мы уже переспали?

Девчонка выронила кусок стекла и зашипела.

— Черт! — приложила палец к губам, зажмурилась.

А я, уже вполне придя в себя, украдкой изучил внешность, которая была совершенно не в моем вкусе. Девушка выглядела слишком простой: свободная синяя рубашка, спортивные штаны и какое-то безобразие на голове, напомнившее мне про японский музей Унко, где в полной мере раскрывается табуированная тема приличного общества.

В довесок у нее были оттопыренные ушки и какие-то невозможно большие глаза. Да, кому-то она показалась бы милой, но точно не богиней. А спал я исключительно с последними.

Девчонка тем временем вынесла осколки, вернулась и протерла тряпкой ковер.

— Завтра вынесу на улицу просушить. Ты чего столбом стоишь? — ее тыканье вызвало недоумение. — Сходи в ванную, приведи себя в порядок.

Я соображу тебе чего-нибудь поесть. Голодный?

— Ром, ты пока на третий этаж полз, головой ступеньки считал?

— Не делал, а сделал! — она прошла мимо меня и уже громче продолжила возмущаться из коридора: — Ты собственную сестру, что ли, забыл? И сколько на этот раз выпил? Только не говори, что опять не помнишь.

— Стоп! — прошептал я. — Какую сестру?

В кухне загремели плошки и кастрюли. Потом послышалась ругань и огорченный вздох.