Назови меня своей

— Хорошо, милорд, — пробормотала и осторожно высвободила руки — лорд Мартин не стал меня удерживать.

Лишь понимающе улыбнулся — он наверняка заметил мой румянец, — и наклонил голову.

— Иди, Лёля. Твои покупки занесут чуть позже.

Я поднялась по лестнице, гадая, что же такое ждёт меня в спальне. Они купили мне что-то новое — наверняка, пока я гуляла по Папоротниковой Аллее, ведь не зря тогда так многозначительно переглядывались. Что, интересно? Какое-нибудь очень откровенное платье? Или, может, вообще бельё?.

. С них станется отпустить на сегодняшний вечер всех слуг, чтобы мы остались в большом особняке только втроём… И нам никто не мешал… Мне стало жарко от этих мыслей, а ещё, снова вспомнилось, как ко мне прикасались руки и губы Мартина и Валентина в машине, в ванной и парной. Стыда и стеснения на этот раз от воспоминаний было гораздо меньше. Даже та верёвка теперь не казалась чем-то ужасным, что превращало меня в насквозь испорченную особу с извращёнными желаниями. Ведь о том, что мне понравилось, знают только мои хозяева и я, правда? Может, мне и не стоит так переживать по этому поводу, ведь в кругу тех, среди кого придётся отныне жить, это не считается чем-то дурным.

Подойдя к своей спальне, я открыла дверь, и теперь мною руководило любопытство и предвкушение, что же приготовили вампиры на этот раз, в чём они хотят меня сейчас видеть. Зайдя в комнату, я сразу посмотрела на кровать… Там лежало платье, простое белое платье — только на первый взгляд простое.

Я подошла ближе, разглядывая наряд, приготовленный мне лордами на сегодняшний вечер. Тонкий полупрозрачный шёлк, лишь по подолу отделанный узкой серебряной лентой, глубокий вырез — я сразу поняла, что нижнее бельё под это платье надеть не получится. Без рукавов, с открытой спиной и застёжкой на шее. И судя по тому, как низко заканчивался край платья сзади, похоже, под него вообще ничего не предполагалось надевать. Боже… Мне следует остаться обнажённой под ним?. . Я увидела лежавшую на тумбочке записку и поспешно развернула её. «Лёля, на тебе должно быть только это платье. Волосы оставь распущенными, домашние туфли тоже не надевай — в доме тепло, а в гостиной мягкие ковры».

Листок выпал у меня из рук, я снова посмотрела на откровенный наряд. Он ничего не скрывал, и ткань слишком тонкая, сразу будет понятно, что… Я поднесла дрожащие пальцы к губам, не сводя взгляда с подарка лордов.