А творилось странное: волнение нарастало, жар растекался из пульсирующей чувствительной точки между ног по всему телу, заполняя каждую клеточку, и со страшной силой хотелось пошевелиться ещё, так, чтобы верёвка… снова… Пальцы на руках неосознанно сжались, натягивая путы, и теперь и грудь вспыхнула болезненным удовольствием, шершавая поверхность верёвки слегка потёрлась о напряжённые соски.
Я замерла, тяжело дыша и пытаясь совладать с вышедшими из-под контроля эмоциями, а ещё, было ужасно стыдно осознавать, что вампиры знают, что со мной творилось, и намеренно выбрали такое наказание.
Они предвидели мою реакцию, несмотря на страх. И прекрасно знали, как оно на меня подействует. И что делать? Попросить развязать? Но… в том-то и дело, я не хотела. А хотелось сдвинуть ноги плотнее и снова натянуть верёвку, и окунуться в необычные, бодрящие и такие притягательные в своей пикантности ощущения. Я и не знала до сих пор, что удовольствие можно получить не только от нежности и ласки, но и от… такого тоже.
И что мне это может понравиться, я же никогда не интересовалась всякими… извращениями, мне другого хотелось! Забывшись, я машинально прикусила губу и переступила, тело слегка затекло и требовало движения. И снова его прошило молнией, оно к моей растерянности и ещё большему замешательству бесстыдно изогнулось, стремясь усилить сладостные чувства, и мышцы внутри сжались, вспоминая, как совсем недавно меня ласкал лорд Мартин в ванной…
Я зажмурилась под повязкой, с моих губ сорвался вздох, и на несколько мгновений я совершенно позабыла, что не одна в спальне.
Остались только я и удовольствие, бродившее в крови огненными вспышками, и пресловутая верёвка, которая, если совсем немного поднять руки, вполне заменяла чужие пальцы, пусть действовала и не так нежно. Но это прибавляло особой остроты, ощущение грубой шершавой поверхности в самых нежных местах. Хотелось большего, всё настойчивее в голове билась мысль, что… хочу наконец дойти до конца в этом напряжённом ожидании, внутри зрела стойкая уверенность, что всё, что до этого происходило со мной, всего лишь раздразнило моё тело, и то, что я испытывала — малая толика настоящего удовольствия.
И вампиры могли мне показать, довести до самого конца, вот только каким способом?
Мысль о хозяевах словно окатила ледяной волной, разом нахлынуло осознание, что происходит и в каком виде я нахожусь, и они видят и чувствуют всё, что со мной происходит.
