Не бойся желаний

– Вы узнали его? – спросила Варвара, сдерживаясь, чтобы не назвать две-три фамилии. – Показался похож на кого-то?

Она покачала головой:

– Больно надо в угадки играть. В который раз на мне актерский розыгрыш проверяют. Я уж привыкла. Они же как дети: все играют и играют… И на сцене, и в жизни… Ну, я виду не показала… Мало ли кого Каринушка могла попросить…

– Карина хотела, чтобы в сценке с критиком они были в одинаковых платьях?

– Что гадать: актерские шалости, – сказала тетя Нюся. – Обещала сюрприз, когда выложит в этом тик-тике.

– Простите, у Карины была подвеска в виде треугольника с кругом?

Тетя Нюся издала звук, от которого вздрогнул бы лев.

– Подвеска! Это ее счастливый амулет… На все премьеры надевала в нашем театре… У этого изверга не наденешь, актеры в чем мать родила бегают… Каринушка с амулетом никогда не расставалась… Надевала на удачу… И какой конец под занавес…

Тут тетя Нюся глянула, будто только обратила внимание: театральный критик задает вопросы, которые ее не должны интересовать.

– А тебе-то какое до всего этого дело?

– Собираюсь писать портрет Карины…

– Так садись и пиши.

– Мне нужно узнать некоторые подробности ее жизни…

– Нечего тут узнавать… Нос суешь куда не следует?

– Можно последний вопрос…

Тетя Нюся поднялась грозной силой в застиранном халатике.

– Да ты кто такая? В самом деле критик Ванзарова? А может, жулик из газетенки паскудной? Они тут вертелись уже, вынюхивали, так получили по шее… Может, и тебя угостить, пройдоха?

Рука тетя Нюси вздымала рукоятку швабры.

Не занозы, но синяки останутся. И вообще, бить театрального критика шваброй не полагается. Даже если заслуживает.

Варвара не знала что делать. На выручку пришел смартфон – пискнул: прислали адрес, где состоится премьера театра «Червонный валет». Пари с логикой Варвара, конечно, выиграла. Только радоваться было нечему. Тетя Нюся угрожала шваброй. Пришлось сбежать из костюмерного цеха, размазывая по щекам румянец стыда.

Какой конец под занавес…

Как вороны слетаются пировать дохлой кошкой, так театральный мир собирается на премьеру.

К театру набегает толпа родственников, знакомых, критиков, друзей и тусовщиков, которые предвкушают свежее развлечение. Женщины показывают драгоценности, мужчины пахнут дезодорантом. Толпа жужжит слухами и докуривает последнюю сигарету, чтобы дотянуть до антракта. Знакомые жмутся щечками и целуются, улыбаются, говорят комплименты и тихо ненавидят друг друга.

Театральный мирок маленький.