Его взгляд скользит по моему животу. По бедрам. Следит за моей рукой, которой ныряю в трусики.
Кирилл выпрямляется. Ерзает по сиденью дивана.
Мне хочется стонать, до того он сосредоточенный! А я… я немного сумасшедшая…
Достав руку из белья, протягиваю ее и толкаю указательный палец между слегка приоткрытых губ господина Мельника. Те секунды, в течение которых он оценивает этот жест, разгоняют мое сердце до суперскорости.
Его губы смыкаются вокруг моего пальца, ладонью он обхватывает мое запястье.
— Твоя очередь что-нибудь снять… — говорю, встречая его острый, как бритва, взгляд.
— Блядь… — он прикрывает глаза, убирая от лица мою руку.
Тяну за край его футболки. Он избавляется от нее, бросая на пол. С голодом я пытаюсь оседлать его бедра, чтобы приникнуть к горячей голой коже своей. Чтобы чувствовать его запах, его тепло. Ищу его губы, его язык, но твердой рукой Кирилл вторгается в мои планы и заставляет попой усесться на свою ширинку.
Спиной прижимаюсь к его груди.
Он дышит мне в висок. Прерывисто, часто.
Ладонями сгребает мою грудь. По-собственнически, без джентльменства. Я чувствую под собой его эрекцию, по которой скольжу ягодицами. Он заставляет остановиться. Замереть. Сдавив меня рукой поперек живота, хрипит:
— Не. Шевелись…
Эта команда горячей лавой растекается по животу.
Горячее дыхание у моего виска. Руки… его руки повсюду…
Он повсюду, и в реальности, и в отражении, где вижу себя, сидящую на его коленях, и все эти ощущения врезаются в меня, как порыв урагана, когда понимаю, что он сзади…
Я не выношу, когда кто-то сзади.
Когда кто-то дышит в шею…
Он знает!
С коротким стоном он дышит рядом с моим ухом.
Впиваюсь пальцами в разведенные мужские колени.
Тепло и запахи, ощущение его кожи на моей, твердость большого сильного тела подо мной…
Он сзади, но все перевернутое!
Эти чертовы отражения…
Корица…
Я не произношу вслух. Только в голове. Сердце колотится, я начинаю паниковать, но не произношу ни слова. Смотрю. Смотрю на то, как, закрыв глаза, Кирилл носом прижимается к моей щеке.
Как напряжены мышцы его плеч. Как заострились черты лица. Смотрю на то, как он ждет, когда скажу стоп-слово, а под его ладонью бешено колотится мое сердце…
Глава 38
Маша
В двадцать я была вызывающе смелой. С мужчинами, с парнями. Я была бездумно смелой, а сейчас я словно прикасаюсь к своей женственности. Словно нащупала ее сердцевину. Я прикасаюсь к ней руками Кирилла, которые очерчивают контуры моего тела, когда выгибаюсь под ними.
