Не гореть!

В этом у Дениса за годы их знакомства сомнений не возникло.

В наличии у Надёжкиной некоторой доли разума он убедился почти сразу, когда на его день рождения в первый же год работы в части Оля подарила ему куклу. Настоящего фарфорового пожарного в форме столетней давности. Стилизация под винтаж. Дэн, конечно, за подарок поблагодарил, но, стремясь определить всё и для себя, и для нее, оставил этого парня на работе, где тот был наречен мужиками Савелием и очень скоро стал символом их отделения. Это был такой жирный намек со стороны Басаргина.

Надёжкина все расценила верно и больше никаких попыток к дружбе не предпринимала, что в полной мере устраивало Дениса.

Исключительно на тот, когда он, сцепив зубы, зарекся обращать на нее внимание, пока внутри все не улеглось.

Но после памятных посиделок в пабе Дэн, хотя и невольно, присматривался. С Каланчой было все ясно. Да во всей части не осталось никого, кто бы не раскусил его незамысловатые ухаживания. Вот только Олька шарахалась от него, как черт от ладана.

Это тоже было вполне себе заметно. И если бы не выходка Надёжкиной с блудной кошкой, он бы и дальше занимал свою наблюдательную позицию. Спроси его кто, чего выжидает, вразумительного ответа вопрошающий бы не получил. Для самого Дениса открытым оставался вопрос и о том, с каких пор он подхватил вирус нерешительности. И следующий выходной, который он посвятил самому себе, Дэн безрезультатно выдумывал способы, как отблагодарить Олю.

Тем же мучился и последующие дни. Каланча кружил вокруг Надёжкиной, Басаргин оживал только когда срабатывал сигнал тревоги, Маргарита Николаевна затаилась — не иначе расставляла новые силки.

Небольшим лучиком света в темном царстве Дениса оказался возврат машины из ремонта. К хорошему привыкаешь быстро, а машина у него, можно сказать, была с восемнадцати лет. И даже раньше, если вспомнить, как «уводил» отцовскую из гаража. Всегда удивлялся, что ни разу не попадался гаишникам, но в первый день, когда выехал на законных основаниях с правами, был остановлен на первом же посту.

— Было весело, — негромко пробухтел он Савелию, сидевшему на стеллаже в комнате отдыха, и оглянулся. Хорошо, что один. А то объявят лейтенанта Басаргина умалишенным и отправят на внеплановое освидетельствование. С Пирогова станется.

С целью найти себе занятие и отвлечься от очередного витка рассуждений, Денис сунулся сначала в учебку, а потом в спортзал, в надежде, что какой-нибудь глупой кошке захочется свалиться в глупый канализационный люк.