Не мой, не твоя

Опершись о заиндевелый каменный столб, я рыдала в голос и не могла остановиться. Зачем он так со мной? Как мог он оказаться настолько расчетливым? Не жестокость его меня ошарашила, а именно его притворство. Каким бы жестоким Тимур прежде ни был, но всегда оставался искренним. Он всегда был честен и в любви, и в ненависти. А тут… Ведь я действительно ему поверила. Действительно чувствовала его любовь… Или, может, я так хотела поверить в его чувства, вот и позволила себя обмануть?

Но неужели он мог так сильно измениться? И это вот такая месть за обиду семилетней давности — разыграть страсть, использовать меня, а затем растоптать? Это и правда другой человек, которого я совсем-совсем не знаю.

И не хочу знать. Только вот как теперь мне быть? Как это вынести?

Потом, всё потом, повторила я шепотом. Сейчас просто ни о чем не надо думать и постараться ничего не чувствовать. Но я чувствовала…

За воротами посигналили. Такси.

Хотелось, конечно, быть гордой до конца, но как отсюда выбираться среди ночи? Я ведь даже с трудом представляла себе, куда он нас завез.

Я вытерла слезы. Помешкав, все же вышла за ворота и села в машину.

— Что так долго? — буркнул водитель. — Ожидание платное.

Я молчала.

— Куда едем-то?

Я назвала адрес, и мы тронулись, оставляя позади нарядные огни отеля и мои разбитые надежды…

Глава 11

Тимур

Она ушла.

Ушла, оставив на столе горсть мелочи и… меня в каком-то полуанабиозе. Я знал, что это временно, что потом будет больно. Как только схлынет это тупое оцепенение, так и накроет.

"

"Боль уже сейчас скреблась, потихоньку заполняя пустоту в душе.

Может, зря я её так выгнал? Нет, выгнал не зря. С деньгами погорячился, это точно. Не стоило. Но чего уже теперь.

Я взглянул на горсть мелочи. Только она могла так ответить, само подумалось вдруг чуть ли не с теплотой, но я тут же, разозлившись на себя, смахнул ее дурацкие монеты на пол. Да пошла она, дрянь.

Я снова потянулся за сигаретами, хотя весь последний час и так курил одну за другой, прогоняя в уме то, что случилось.

Хотел бы не думать, но мысли сами лезли в голову, я уж и не пытался их отгонять, зная, что бесполезно. Да и как не думать, если в комнате еще остались ее следы, если от подушки еще пахло ею. И, как назло, тут же на внутренний телефон позвонили, сообщили, что в течение пяти минут принесут заказанный ужин на двоих.

— Не надо ничего, — отказался я.

— Но счет за ужин уже включен, мы не сможем вернуть вам…

Я бросил трубку, чтобы не слушать этот лепет.