Баграт свел брови у переносицы, навис над ней и процедил строго:
– А ну пошла собирать вещи!
– Я с тобой не поеду! – заявила с чувством.
– Еще как поедешь…
Он пропустил момент, когда она кинулась к дивану за телефоном. Схватила его и стала судорожно набирать номер.
– Я сейчас вызову полицию и напишу на тебя заявление о том, что ты вломился в мою квартиру…
Баграт в два прыжка оказался рядом, выхватил у нее мобильный, сказал еще строже:
– Ты никому не позвонишь. Сделаешь, как я сказал, или будут жестокие последствия.
– Отдай телефон! – взвизгнула она и попыталась отнять мобильный.
Но Баграт просто поднял его над ее головой так, чтобы она не могла достать, благо высокий рост позволял. А потом продолжил строго:
– Приди в себя, женщина. Со мной лучше дружить, а не воевать…
– Ты похитил моего ребенка! Просто забрал его и увез! О какой дружбе ты говоришь?
Она швырнула в него эти обвинения с перекошенным от гнева лицом.
А Баграт разозлился еще больше.
Он посмотрел на нее бешеным взглядом и прорычал, теряя терпение:
– Я никого не похищал! Он и мой сын тоже, а по твоей вине я пропустил первые месяцы его жизни…
Думал, девчонка хоть немного усовестится, но куда там.
– Я звонила тебе, я говорила про беременность, это твои проблемы, что ты не слушал!
Баграт с силой сжал телефон Миланы, очень постарался как–то успокоиться, прийти в себя. Часто задышал, опрометчиво опустил руку, и паршивка тут же кинулась к нему в попытке отобрать телефон. Хватило же смелости.
– Отдай, гад! – шипела она.
Баграт отшвырнул мобильный в сторону, перехватил руки Миланы.
Она хотела броситься за телефоном, но он не дал. Повернул ее к себе спиной, зажал в тисках рук.
– Успокойся! – прорычал на ухо. – Никуда ты от меня не денешься…
– Отпусти, – простонала она.
Но Баграт лишь крепче прижал ее к себе. На секунду застыл, пораженный тем, как тело отреагировало на непосредственную близость девчонки. Кровь и без того кипела, но теперь к сжигавшей его ярости примешалось древнее как мир желание.
Он вдохнул ее аромат.
От брыкающейся нахалки одуряюще пахло чем–то сладким, до дрожи приятным и возбуждающим.
«Так, спокойно, – попытался он себя утихомирить. – У тебя просто давно не было секса, вот и все».
Он помотал головой, отгоняя наваждение.
– Баграт, отпусти! – потребовала Милана и в очередной раз попыталась вырваться из его рук."
"– Успокойся и послушай меня, – заговорил он ей на ухо. – Ты родила не от какого–то там ханурика, а от меня. Я же по–доброму хочу, по–хорошему.
