(не) полюби дьявола

— Но по… — Виктория так и не смогла до конца задать вопрос, потому что двери столовой распахнулись, и мужская рука, обхватив ее запястье, притянула к себе.

— Она будет завтракать со мной, — прорычал Дэймон, смерив управляющего гневным взглядом.

Виктория подняла на него глаза и растерялась. Несмотря на ранний час, он был пьян.

Волосы взъерошены, небрит, в мятой рубашке…

Дэймон закрыл двери столовой, оставив Грегори в коридоре, и повернулся к Тори.

— Прошу, леди, — указав рукой на стол, Дэймон прошел вперед.

Движения его были медленными, неуверенными.

Он, с галантностью джентльмена, отодвинул для Тори пустой стул, а потом взглянул на нее.

Девушка стояла на месте, не зная, как себя с ним вести. Она впервые находилась с ним один на один, когда он в таком состоянии.

Это был не приказ. Это прозвучало как просьба.

И Виктория решительно зашагала к столу.

Хант подождал, пока она сядет за стол, и пододвинул стул.

А потом наклонился к ней и глубоко втянул носом воздух, словно наслаждался ее запахом.

Постояв у нее за спиной несколько секунд, он развернулся и сел на свое место.

— Как вам спалось? — вопрос звучал очень вежливо.

— Хорошо, спасибо. А вам?

— Замечательно! — улыбнулся самодовольно Дэймон. — Сегодня ночью это тоже была брюнетка.

Виктория замерла. Для нее это признание, прозвучавшее из его уст, было как пощечина. В груди появилась неприятная тяжесть.

Зачем он говорит мне об этом? Зачем?! А чего я хотела, глупая? Чего? Я же знала, какой он с самого начала!

— Ясно, — Виктория выдавила из себя легкую улыбку, пытаясь не растерять остатки самообладания.

Тори прикусила губу.

Я хоть раз в жизни могу сдержаться?

— Нет и нет. Это поистине мое желание, — он вопросительно выгнул бровь. — А вас это смущает?

— Ни чуть. Мне все равно. Это ваша жизнь, — беззаботно ответила девушка и продолжила трапезу.

Лицо Ханта стало каменным. Он не сводил с нее взгляда.

А где же ее истерика? Почему она не говорит мне, какой я дикарь? Почему не говорит, что я извращенец? Почему она вообще ведет себя так, словно ничего не произошло?!

— Все правильно. Это моя жизнь.

Виктория отложила в сторону столовые приборы. Аппетит пропал абсолютно.

Сейчас ей хотелось только одного. Расплакаться. От того, какая же она все-таки дура, что поверила в то, что Дэймон на самом деле другой. Не такой. Что он лучше. Что может стать лучше.