(не) полюби дьявола

— Спасибо, — улыбнулась она и приподнялась, чтобы выйти из-за стола.

— Сядь, — прогремел Дэймон. Он был неприятно удивлен ее поведением, как, впрочем, был уверен, что и его поведение ей не пришлось по душе.

Тори иронично усмехнулась и встала из-за стола, словно и не слышала его приказа. А потом гордым шагом направилась к двери.

Рычание, раздавшееся за спиной, позволило понять, что Ханту не понравилось ее неповиновение.

Она открыла дверь, но мужская рука захлопнула ее обратно.

— Я сказал сядь на место.

Виктория обернулась. В голубых глазах читалась ярость.

— Хотите кем-нибудь командовать, Ваша Светлость, заведите себе собаку! Или возвращайтесь к своей брюнетке, с которой вы провели ночь!

Значит, ей не все равно.

Она опять повернулась к двери и дернула за ручку. Но мужская рука не позволила двери распахнуться.

— Чего вы хотите от меня?! — закричала Тори, чувствуя, как слезы застлали глаза.

— А что ты хочешь от меня?! — Дэй взял ее за руку и резко развернул, прижав спиной к двери.

И Виктория разрыдалась. Дэймон не мог спокойно смотреть на это, хотя обычно женские слезы оставляли его равнодушным.

— Потому что я хотела! Хотела! — маленькие ладошки били его по мощной груди. В ее голосе слышалась боль. — Хотела тебя!

Дэймон призвал на помощь все свое самообладание, чтобы не осушить эти слезы поцелуями.

— Я не тот, кто тебе нужен, Тори.

— Ты не можешь знать, какая я… — всхлипывая, ответила она. — Потому что я сама не знаю… Возможно, я еще хуже…

Хант положил ладонь на ее лицо и провел пальцем по щеке, стирая дорожку из слез.

— Я не могу быть с тобой. А полюбить тем более. Я не умею. И не хочу.

Каждое его слово, казалось, врезается в ее сердце, словно кусок стекла. И только сейчас она поняла, почему ей так больно от его слов.

— Тогда не мучай меня. Не смотри. Не находись так близко, — прошептала Виктория. — И не прикасайся ко мне.

Дэймон отвернул в сторону лицо.

Как? Как это сделать?

— И позволь мне уйти…

Ее тихий всхлип зацепил одну из струн его души… И Дэймон устало закрыл глаза.

— Я не могу. Понимаю, что должен, но не могу, — прохрипел он.