— Что мы с тобой такого сделали? Просто познакомили их. Остальное пусть сами. Я Ире даже говорить ничего не буду, она и без меня разберётся.
— А если ваша бывшая жена действительно начнёт с Сашей встречаться — неужели вы за неё порадуетесь? — усомнилась Наташа, и Горбовский криво усмехнулся.
— Порадуюсь. За неё — да, а за себя — нет. Человек так устроен: может одновременно чувствовать много всего… разного.
— Ага, — вздохнула ассистентка и неожиданно тонким голоском продекламировала: — «И так радостно и грустно нам поёт лесная птица.
Оттого, что невозможно нам с тобою разлучиться».
— Это откуда?
— Да мультик про Золушку, Виктор Андреевич. Вчера по телевизору показывали, с тех пор хожу и напеваю вот. И, знаете, что я думаю?
— Что? — Горбовский поднял широкие тёмные брови.
— Думаю, что настоящая любовь — она не про эгоизм. Там, где есть эгоизм, любви нет — точнее, нет любви к другому человеку. Только к себе. А ещё настоящая любовь — она про время.
Когда неважно, сколько прошло лет, — ты всё равно не представляешь рядом с собой другого человека. И лучше уж одиночество, чем заменитель любви.
— Романтик ты, Наташ.
— Скорее, реалист. А вы не согласны?
— Согласен. А толку?
Наташа отвернулась и посмотрела в сторону прохода, по которому шли Александр и Ира, о чём-то оживлённо переговариваясь и улыбаясь.
— Может, и будет толк, — пробормотала она почти неслышно.
— Кто знает…
77
Ирина
Замысел Виктора стал понятен сразу, но она никак не могла определить, что думает и чувствует по этому поводу. Было немного смешно — и от самой ситуации, и от неловких, но нарочитых попыток бывшего мужа подтолкнуть её к другому мужчине, — но не только. Ещё… как-то досадно, что ли? И странно. Если бы двенадцать лет назад, до развода, кто-то рассказал бы Ирине, как Витя будет фактически передавать её из рук в руки новому знакомому и дистанцироваться сам, ни за что бы не поверила.
Он же страшный собственник… был.
А ещё утверждает, что всегда любил и до сих пор любит! Немыслимо.
Вот оно. Поняв, откуда берётся её досада, Ирина едва не застонала. Конечно, как же она сразу не догадалась… Когда мужчина, к которому твоё сердце до сих пор так до конца и не остыло, самолично берёт тебя под белы рученьки и отдаёт другому, это… неожиданно оказывается неприятно.
