— Там, насколько я знаю, Людмила Игнатьевна с Мариной расстарались. Хотя Андрей Вячеславович предлагал заказать доставку, но ты же знаешь свою маму — любит она готовить. Вот они с утра и сидят, кашеварят. Марина только отлучается Улю кормить, а в остальное время наша внучка на Борисе.
«Наша»…
Господи, какое прекрасное слово. Самое лучшее. Но в их ситуации мало что значит. Просто местоимение, не более…
— Пошли, — вздохнул Виктор, перекладывая пакет с подарками из одной руки в другую. — А то я есть уже хочу зверски.
Интересно, что они там наготовили…
Горбовский прекрасно знал что — сам составлял меню. Совместно с отцом и матерью, но сам.
Однако Ире об этом пока лучше не рассказывать.
86
Ирина
К ночи впору было думать, что она попала в сказку.
Только не в ту, где всё случается по мановению волшебной палочки. А в ту, где для достижения желаемого приходится упорно трудиться…
Лишь упорным трудом и можно было достичь того результата, который продемонстрировали в этот день её близкие. Дом, снизу доверху украшенный новогодними игрушками, мишурой, световыми гирляндами и разноцветным дождиком, производил волшебное впечатление.
И даже двор не отставал — наряжено было каждое дерево, и не обязательно ёлка. Ещё и по всему периметру кто-то налепил снеговиков и снежных баб, причём подошёл к процессу творчески — все они были разными. В шапке-ушанке и с пуговицами на туловище, с картофелиной вместо носа; с носом-морковкой, в шарфе и с веником в снежных руках; в юбке, старенькой кофточке на молнии и с лихо завязанным на лбу платком — словно у какой-то разбойницы.
Но сильнее всего Ирину повеселил снеговик в папахе и с сигаретой во рту. Откуда только взяли её, курящих в доме вроде бы не было…
— Это аллегория, — сказал Андрей Вячеславович, играя бровями. — Как в той сказке. Не пей водичку, козлёночком станешь… Не кури — снеговиком будешь!
— Кто лепил-то? — поинтересовалась Ирина, смеясь. — Борис, что ли? Когда успел только!
— Почему Борис? — усмехнулся свёкор. — Виктор лепил.
Вчера приехал с утреца, налепил и уехал. Мы с Толей в это время дом украшали, а мать холодец варила. Так что ты смотри, Ириш, руками игрушки не трогай — мы их, возможно, слюнями закапали…
Ирина продолжала смеяться, уже не удивляясь, что Виктор потратил время на то, чтобы налепить такое количество снеговиков. Раньше ни за что не стал бы заморачиваться, рукой бы махнул и сказал — вам с детьми снеговики нравятся, вы их и лепите. А сейчас вот… расстарался.
