Это что-то даже отзывалось в ней непонятным томлением, волновало, и всё то время, что они с Виктором общались, Ирина старательно сдерживала любое проявление эмоций. Ей не хотелось показывать бывшему мужу ничего личного, особенно свои слабости. Пусть лучше считает её замороженной рыбой. И думает, будто она больше ничего не чувствует к нему. Он уже унизил её в прошлом, едва не убил — всё, хватит. Никаких унижений.
Не должен Виктор знать ничего сверх того, что Ирина собиралась ему объяснять.
Кое-как она досидела спектакль до конца и, когда актёры стали выходить на поклон, включила телефон.
В мессенджере оказалось несколько сообщений от Марины — фотографии Ульяны в различных позах, голой и одетой, в том числе и селфи с мамой, — и жалобы на то, что ребёнок скоро рассосёт ей грудь до лохмотьев, и ворчание на тему того, как хочется рыбы, или манго, а ещё лучше — ананас. Ирина улыбнулась, быстро ответила что-то в стиле «держись, я в тебя верю, доча», а затем вновь посмотрела на список сообщений… и сердце отчего-то забилось сильнее.
Впрочем, Ирина отказывалась верить, что это сердцебиение что-то значит. Нет, конечно же нет. Просто сердце у неё периодически шалит вот уже двенадцать лет подряд.
Но волноваться не было причин — кроме простого «спасибо» от Виктора больше ничего не приходило. И Ирина неожиданно ощутила странное и абсурдное разочарование.
Что — просто «спасибо»? Она так старалась, собирая этот альбом, а Витя — просто «спасибо»?.. Раньше он не был таким немногословным!
Ирина, вспыхнув от раздражения, резким движением засунула телефон обратно в сумку и поспешила к выходу из зала.
17
Виктор
Промаявшись всю ночь воспоминаниями, утром Горбовский с трудом встал. Спал он часа два, не больше, и это было абсолютно безответственно, учитывая тот факт, что на сегодня у него было назначено несколько сложных имплантаций. Поэтому Виктор выпил на завтрак целый литр мерзкого кофе, чтобы не уснуть на рабочем месте, и поехал в клинику.
Вот уже двенадцать лет ему ассистировала не Даша, которую он с треском уволил, а Наташа — маленькая и кругленькая, но расторопная девушка со смешной фамилией Тапочкина.
Сейчас ей было уже почти сорок, но она по-прежнему смотрелась совсем юной, только морщинки возле глубоких карих глаз выдавали возраст."
"Виктору она была симпатична, как любая другая честная и верная женщина, хороший работник и не стерва. Наташа была замужем давно и прочно и уже тогда, когда Виктор брал её на работу, имела двоих детей.
