— Точнее… Я осознал это только после того, как мы развелись. Много думал, вспоминал. Ты всегда была гибкой, Ириш, в отличие от меня. Я всю жизнь… как таран. А может, и как баран… Наверное, поэтому я и…
Виктор запнулся, поняв, что дальнейшие рассуждения на тему его связи с Дашей могут быть неприятны Ире, а причинять ей боль — последнее, чего он желал бы.
Но она продолжила сама:
— Поэтому ты и повёлся на ту свою девочку? Это ты хотел сказать?
Горбовский прерывисто и нервно вздохнул, покосился на невозмутимое лицо Иры в зеркале заднего вида.
Бывшая жена выглядела спокойной… но, кто знает, была ли она спокойна на самом деле? Сомневался он, что Ире приятен этот разговор…
— Ты её так нежно называешь, Ириш, — сказал он осторожно, поминутно косясь на бывшую жену — чтобы не дай бог не пропустить, если ей станет нехорошо от подобных обсуждений. — Девочка… Девочкой в то время была Марина. А она… нет, кто угодно, только не девочка.
— Догадываюсь, — Ира усмехнулась, не открывая глаз, но в этой усмешке не было злости — скорее, усталость.
— Я имела в виду её молодость. Молоденькая. Но целеустремлённая.
— Угу. Очень. — Виктор вспомнил Дашу и поморщился — неприятно было думать о своём поведении в то время. Кобель без мозгов, да и только. — Она и мизинца твоего не стоила, в любом случае. А я — козёл.
— Вот теперь я тебя узнаю, — пробормотала Ира беззлобно. — Сказал как отрезал. Безапелляционно. Будто диагноз в карту написал.
— Но ведь правда, Ириш.
Она промолчала, и Виктор решил больше не развивать эту тему.
Тем более что на горизонте уже маячил дом, где Ира снимала квартиру, и где им предстояло разговаривать о другом. Точнее, о другой.
О Марине.
51
Виктор"
"До квартиры Горбовский Иру донёс на руках, невзирая на её слабые возражения. Бывшая жена уверяла, что может идти, но Виктор даже слушать ничего не желал, при этом понимая, что вновь ведёт себя слишком безапелляционно, — но неважно. Боялся, что Ире станет хуже. Он ещё толком не вгляделся в документы, которые прислала Вронская, но понимал, что их содержимое ему не понравится.
И надо будет обязательно посоветоваться с отцом. Отодвинуть в сторону страх и принципы и позвонить ему. Плевать на всё, лишь бы только помочь Ире.
Дома Виктор помог бывшей жене снять верхнюю одежду и обувь и, прежде чем Ира открыла рот, чтобы предложить ему чаю, сказал:
— Я сейчас быстро помою руки и сам тебе всё сделаю. Может… ты хочешь что-нибудь поесть?
— Нет, спасибо, — она покачала головой. — Мне хватит чая, а потом спать.
