Но когда она вспоминала о Косте, это всегда был один единственный момент – его злое раскрасневшееся лицо, воздух, бьющий ей в лицо из его рта, когда он кричал, что она слабое звено.
– Нет, Костя, теперь я точно знаю, что я не слабое звено. Теперь я даже доказывать тебе ничего не стала бы. Я не просто сильное звено – я сама эта цепь, состоящая из множества звеньев. И именно ты оказался этим слабым звеном, но моя цепь отторгла тебя – жизнь сама сделала так, чтобы ты исчез из нее, - говорила она вслух, стоя на стене одна и смотря вслед удаляющейся коннице.
Холодный ветер бил в лицо, но она стояла там до тех пор, пока «волки», что не смогли съесть «овцу», не скрылись за лесом."
"– Все, дорогая, достаточно мерзнуть, идем в дом, для нас Айзек оставил кувшин того самого вкусного сливочного ликера, - неожиданно обняла ее сзади неслышно подошедшая Флоренса.
– Идем, теперь все закончено. Я не знаю насколько, но пока у нас есть время, чтобы нарастить «жирок», ответила Таня, и в ответ прижалась к Флоренсе.
– Скажи, весной здесь цветут деревья?
– Да, за замком прекрасные сады, и там есть вишня, а еще, много смородины, и даже ежевика. Детьми мы устраивали там игры, и нас не могли загнать в дом – слуги валились с ног каждый вечер после погони за нами – они не должны были выпускать нас из виду. Однажды, мы наелись вишни с косточками… – Флоренса болтала, а Таня слушала, и ей казалось, что сестра описывает ее прошлое. На секунду она испугалась, что может просто забыть истинную свою историю, но успокоилась, когда поняла, что мама, если видит ее сейчас, счастлива за нее, и серьезно сложив брови, говорит, что она и так знала, что я боец.
Глава 38
Дорожная распутица заставила сидеть дома пару недель. Леди суетились по дому, крестьяне рубили дрова для себя и хозяев, на полях больше не было животных, а в лесу, в ожидании устоявшегося снежного покрова, замерли звери. Во дворе замка прохаживались только стражи да редкие слуги пробегали с мисками или ведрами.
Утром и вечером батлер выходил из темницы, чтобы полчаса видеть свет – его уже не смущала эта работа, тем более, в корытах свиней часто обнаруживались нетронутые куски хлеба и пирогов, что закормленные твари даже не замечали.
Айзек радовался, что успел закупить зерно и ячмень. В некоторых замках им даже пива продали – удивились, зачем батлер покупает его так много и так задорого.
