Как тебя зовут? – чтобы хоть немного сгладить его грубость, спросила Таня.
– Я Брэген, можно и Брэном звать, только зачем тебе это? В Глазго вас передадут Вишеру, и пусть он сам разбирается чьи вы люди, – выдохнул он, и хотел было что-то сказать еще, но вдруг резко осекся. В этот момент под ногами Таня увидела плед. – Если к выходу не умрет, значит жить будет. Такого дурного я никогда еще не видел.
– Кто этот Вишер? – забирая у Брэна миску спросила Таня, и поняла – проблемы только начинаются, и, скорее всего, теперь им придется бежать и от этих людей, только вот Костя вряд ли сможет сделать хоть шаг, да и опыта у них в беге по пересеченной местности совсем нет.
Эти люди быстро их поймают, тем более, они считаются очень подозрительными, и даже опасными персонами для этих дикарей.
– Это не твое дело, спи ложись. Еще пару часов можешь отдохнуть. Только кашу не проспи, иначе сил вовсе не останется. Завтра привал на обед будет с сухарями – не разъешься особо.
– Костя, я принесла отвар. Он теплый, это лучше чем вода.
У тебя температура, ты должен это выпить, – она присела на колени и просунув руку под шею, подняла голову Кости. В другой она держала миску с отваром. Первые два глотка он сделал большие, жадные, потом, видимо, поняв, что это не вода, сомкнул губы.
– Что это?
– Это травы. Это все равно лучше, чем ничего, – прошептала Таня прямо в его ухо, крепко смежив веки, чтобы не расплакаться – он был еще горячее, чем вчера. – Ты можешь поднять руку?
– Да, могу, только там внутри, будто молоток – что-то очень сильно стучит.
Мне кажется у меня в голове отдается этот стук.
– Это хорошо, Костя, значит мазь работает. Выпей всю жидкость, у тебя высокая температура – организм борется, прошу, выпей все, – шептала Таня, прикладывая к губам миску, старалась не разреветься от своей беспомощности.
Костя разомкнул губы и послушно выпил всю оставшуюся жидкость. Она достала из своего узла платье – оно было сухим. Вытерла его лицо, свернула, и прикрыла Косте голову, потому что через несколько минут этот туман накроет их как волна.
Она улеглась обратно, под плед, укрыла их, хоть Костя и сопротивлялся, накинула на свою голову часть платья, и моментально заснула.
– Надо поесть, пока еда не закончилась – выбрасывать у нас нет привычки, значит, съедят и вашу долю, – кто-то прошептал над Таниным ухом, и она проснулась. Быстро села, поправила косынку на голове, обернулась к Косте – он спал, откинувшись на спину. Плед, которым они укрывались, лежал под ним.
