"
"– Я не знаю, кто вы и что происходит. Но… это как-то во вред господину Андре?
– ОЧЕНЬ.
Я вложила в свое слово не меньше чувства, чем мой собеседник. И он оценил. И поверил.
– Тогда вам стоит записать мой телефон. Так, на всякий случай.
– Интересно – какой? Диктуйте!
Я забила в память еще один телефон. И только потом уточнила:
– Скажите, а вы – оборотень?
– Да.
– Лис?
– Да.
– А что со Снегиревым?
– Это хозяин дома?
– Да.
– Попробуйте догадаться?
– Он жив?
– Нет.
– Но вампиром он не стал?
– Не стал.
Бедный шарпей. Но слезы по его печальной судьбе мне проливать не хотелось. Если живешь на склоне вулкана, будь готов повторить судьбу Геркуланума и Помпеи.
– Всего вам хорошего, Валентин Дмитриевич.
– До свидания, Юлия Евгеньевна. Простите, а что мне передать господину Андре?
– Передайте ему, что он – козел.
– С удовольствием, – отозвался голос. – А если без вашего личного мнения?
– А если без него, то решения все равно принимаю не я. Пока я доберусь, пока я разбужу кого-нибудь из вампиров, пока… Короче – пока!
– Пока.
Я засунула трубку в карман и выругалась. Мать вашу так! И этак тоже! И что мне теперь прикажете делать?! Рассказать обо всем Мечиславу? Или нет? Или Даниэлю? Или обоим?! Леший его знает! Даже с Надей я посоветоваться не смогу. Что же мне делать, Высшие Силы?! Что мне делать?!
Я поступила, как и всегда. Проблемы надо решать по мере их поступления. А как их можно решить, если вампиры еще не проснулись? Я плюнула на все, достала из шкафа в гостиной книгу и уселась перечитывать сказку про Буратино.
Есть у нас с ним что-то общее, определенно есть. То ли длинный любопытный нос, то ли милая привычка лезть им во все передряги!
И, листая старую сказку, сама не заметила, как заснула.
Я отключилась так плотно, что даже не услышала, когда проснулись вампиры и вернулась подруга. Видимо, измученный организм решил все без участия дурной головы – и полностью отключил меня.
Оно и правильно.
Глава 5
Вторая Печать
Я открыла глаза и тут же закрыла их обратно.
Потом опять открыла. Мечислав выглядел как всегда – совершенно сногсшибательно. Белый свитер был ему к лицу. На груди у него был треугольный вырез – и золотистая кожа была открыта моему взгляду. Угольно-черные волосы рассыпались по плечам роскошными локонами, заключая изящное, словно вырезанное рукой лучшего скульптора лицо, в рамку. Белый цвет ткани подчеркивал густой медовый цвет его тела. Запах меда и цветов кружил голову. Значит, не одеколон.
