Я кивнула. Ответ был получен и принят к сведению. Выстояла бы я сейчас против Андре? Нет! Он знал мою силу. И игр больше не было бы. Дюшка просто убил бы меня. А вместе со мной погибли бы Мечислав и Даниэль. Мечислав – первым и наверняка. Он ранен и ослаблен. Он не смог бы сейчас выдержать разрыв Печатей и мою смерть. А поединок? Андре не уступит без боя! Высшие Силы, что же мне делать?!
Не знаю, что именно отразилось на моем лице, но Рамирес посмотрел на меня с интересом.
– Ты, человек, переживаешь из-за вампира?
– Я переживаю из-за своего господина.
Посвящать его в свои чувства?! Лучше сразу сделать харакири!
– Это не то, – Рамирес замялся, подбирая слова. – Он твой господин, ты говоришь мне правду. Но ты переживаешь из-за него, как переживала бы из-за близкого человека. Ты – человек. Но ты заботишься о вампирах. Почему?"
"– Мечислав спас жизнь мне, я спасла жизнь ему. Мы делили кров и кровь, – пожала я плечами. – Его друзья – мои друзья. Его враги – мои враги.
Рамирес нахмурился.
– Ты специально стараешься не сказать мне правду?! Между тобой и твоим господином есть что-то личное.
И это заставляет тебя заботиться о нем.
Я пожала плечами.
– Вы и сами все знаете. Зачем говорить мне?
– Я хотел бы больше понять тебя, кудряшка. Ты очень сильна, и мне кажется, что это не последняя наша встреча.
Я не удержалась от вопроса.
– Насколько я сильна? Я видела чужую ауру Силы, но свою увидеть не смогла. Доверять я никому не могу, а вам нет причины лгать мне.
Рамирес молчал несколько секунд, обдумывая ответ.
– Очень сильна, деточка. Мы не видим чужую ауру, но я могу ощутить ее. Ты доверишь мне подойти поближе? Выпустишь на свободу свою Силу, чтобы я мог почувствовать ее?
Проверка на вшивость? Вполне возможно. Но надо не уронить себя. И в то же время обезопасить.
– Для этого мне надо будет убрать пистолеты. Я не могу отдать их моим друзьям. А доверять этим вампирам и оборотням не стану.
– Никто здесь не причинит вам вреда, – успокоил меня Рамирес.
– Вы не креатор, не протектор и не Князь, – напомнила я ему его слова.
– Я хочу слова Князя, что никто и ничто не посмеет причинить мне вред, пока мы занимаемся этим опытом. И несколько минут потом, чтобы я могла прийти в себя.
Рамирес посмотрел на блондина. Дюшка заскрипел зубами, словно сожрал лимон с солью, но все-таки выдавил из себя:
– Даю слово. Никто не причинит вам никакого вреда, пока вы проводите опыт и десять минут после того.
Этого мне хватило. Я положила пистолеты на пол и кивнула друзьям.
