Она вошла к нему в комнату, остановилась у кровати и сказала…
Сказала: «Там девушка… Бунзен ее нашел… Увидел»… Затем покачнулась, ухватилась за столбик кровати и продолжила: «В саду у дороги лежит девушка. На ней шляпка Фрэн».
И ни слова о голове.
Вдруг он понял правду. Настоящую, истинную правду. И это было так страшно, что у него словно что-то лопнуло в мозгу. Качнувшись вперед, Пенрок упал без чувств на руки полицейского.
Ему снова снился сон. Пенроку снилось, что он идет по длинному, хорошо знакомому туннелю, а в дальнем конце туннеля, озаренная ярким солнечным светом, стоит девушка, и темные волосы скрывают лицо.
Пенрок рвался к ней сквозь тьму, еле передвигая ноги, словно налитые свинцом. Девушка не оборачивалась, а Пенроку отчего-то необходимо было скорее увидеть ее лицо. Он вышел из туннеля, приблизился к ней – она не шелохнулась. Он взял ее за подбородок, чтобы повернуть лицо к свету, и вдруг его руки сомкнулись на ее шее. Ногу пронзило острой болью, и сразу перед ним оказалось лицо девушки, и девушка эта была Фрэн.
«Я сошел с ума! – подумал Пенрок. – Помоги мне боже, я сумасшедший, и я сейчас убью Фрэн. Это я убил Грейс Морланд и Пайпу Ле Мэй, а теперь убиваю Фрэн и не могу остановиться».
В памяти промелькнули кровавые обрубки шеи, взмах топора и кошмарный стук колес налетающего поезда… А ярче всего – мертвая девушка в лесочке. Она лежала так мирно, и пошленькая брошка так аккуратно устроилась у нее на груди.
«Шея… ее шея… Я не мог ее забыть.
Эти мысли о ней, ее вид, ужасный запах крови…»
Вокруг заклубилась тьма, а потом снова вспыхнул солнечный свет. Пенрок сжимал горло Фрэн, запрокидывая ей голову и все сильнее стискивая руки. Он знал, что сейчас сломает ей шею. «Я должен остановиться, – думал Пенрок. – Это же Фрэн… Фрэн, я ее люблю. Я не хочу ей зла». Но руки отказывались подчиняться. Ногу вновь кольнула благословенная боль, и Пенрок на миг очнулся.
Мертвая Грейс Морланд в канаве, особенно омерзительная из-за легкомысленной шляпки на скособоченной голове.
«Зря она смеялась над Фрэн… Прибежала ко мне, стала рассказывать, что видела, как Фрэн целовала Джеймса в саду… Какие мерзости она говорила… Я убил ее, задушил, а потом отсек ее уродливую голову. Не надо было ей смеяться над Фрэн…»
Тьма опять сгустилась. Ужас и отчаяние накатывали волнами. Пенрок вспомнил Пайпу, какой он увидел ее у телефона, выйдя из гостиной. Вытаращенные от ужаса глаза и внезапно дрогнувший голос.
