Нечаев.
Периодически одергивает меня Бес.
- Нечаев, - не выдерживает он. - Ушел в угол, лег, поспал час.
- Спасибо, сэнсэй! - со стоном отползаю я.
- Сачок… - дразнят беззлобно парни.
Отрубаюсь мгновенно. И также, словно через мгновение меня будет.
- Давай, за смартом.
На улице просто кайф! Солнце слепит, птички поют. Цветущие деревья благоухают.
Забегаю по дороге в цветочный, покупаю букет. И ещё бутылку минералки в павильоне.
Половину выпиваю, гася сушняк, второй половиной умываюсь, чтобы проснуться.
Иду к ее подъезду. Возле него стоит тонированная тачка. Обхожу ее сзади…
Из прозрачных крутящихся дверей выходит моя хищница!
Улыбаясь, торможу, поднимая букет. Бросает на меня мельком взгляд, и вздрогнув, ведёт им дальше , мимо меня, словно не узнала. Поспешно спускает темные очки с волос на глаза. Берется за ручку со стороны пассажирского сидения.
Обескураженно хмурюсь, понимая, что даже не знаю, как ее окликнуть.
Быстро садится внутрь, хлопая дверью.
За рулём мужик…
К горлу подкатывает раскалённый ком.
Швыряю букет на резную скамейку.
Тачка трогается с места.
Он поворачивает на мгновение лицо, заглядывая в зеркала. Вижу его профиль. Арканов…
Глава 5 - Идиот
Саундтрек: Дым - NЮ
После кросс-фита, зависнув, смотрю в окно на уличную спортплощадку.
В груди горит…
Мать твою, Нечаев, ну просто трахнулись. Хер ли драматизировать?
Но…
Что-то она во мне зацепила.
Трахнулись и трахнулись, дело не в этом. Я хотел познакомиться. Я хотел… продолжения истории.
Меня до сих пор от нее прёт. И выжигает тоже - словно меня поимели.
Тебе жалко?! Ты тоже имел. Всем было по кайфу.
Я не имел… Мои эмоции нихера не укладываются в это слово!
Словно часть грудной клетки вынесло! Зашибись…
Бесит, вообще!
- Тёмыч, поможешь?
Оборачиваюсь.
Тарханов держит на руках уснувшего сына. Кивает мне на детское кресло.
- Без проблем.
Подхватываю кресло, провожая его к машине.
Тарханов - это икона Спарты, после Бессариона, конечно. Но икона - больше для молодняка.
А для нас - старший братишка.
- Как мама у тебя?
- Норм. Уже ходит.
Спарта скидывалась на операцию моей матери. У нас есть фонд, куда мы все вкладываемся на такие вот разные случаи. И я его прошлый раз опустошил - четыреста штук… Поэтому обращаться с проблемами сестры - не решился. Это уже совсем наглость. Тем более, что она сама, дура, виновата…
Марат аккуратно передает мне в руки спящего Максимку.
Устанавливает кресло.
