—Каюсь, не знал, а что натворил? Неужели крупнянка какая, что мать не может отмазать? Кому надо подмазать?
—Лех, какой подмазать? Там мокруха. Причем наркота еще завязана, словом…журналюги подключились, сейчас так просто не соскочить. Никто вписываться не хочет, а у парня в голове чистый лист. Тут даже с хорошим адвокатом шансов почти ноль. ЗЕРО, мать его итить. Может и не виноват, но все доказательства налицо.
Х*яси новости. Вот это да. Вот это я зашел отчеты сдать.
—Не верится что-то. Чтобы сын самого Вострова и такое? Он разве мажорчик?
Хотя иногда у достойных родителей случаются недостойные дети, от этого, как показывает практика, никто не застрахован.
Знавал я знаменитых докторов, у которых дети в рехабах вечно, дочерей депутатов, местных эскортниц и проституток (потому что нравится, а не в деньгах нуждаются).
—Дочка у него хорошая девочка, а сына они…недоглядели, как по мне. Сам не пойму, виноват или подставили, Леха. Но парня жалко в любом случае. То, что он принимал до задержания, инфа сотка.
Анализы швах. Почти все, плюс еще и алкашка. И пацан за рулем был, понимаешь?
—Торчок-таки? А детально?
—Официальная версия «не справился с потерей отца», но почему-то девочка справилась, а он нет. Хрен его знает, короче. Девчонка приходила отвоевывать встречу с братом. Копия папаня.
Слушать воодушевленные отзывы-похвалу на Вику приятно, как будто это моя женщина, и аж гордость берет. Сжав челюсть, заодно и руки в кулаки стягиваю. Нет, такие мысли и чувства неправильные. Нельзя. Тебе ее нельзя, придурок.
—Кого он убил, спрашиваю? — пытаюсь ближе к «телу» перейти.
—Авария. Насмерть. А женщина была еще и беременная, сам понимаешь…никакой суд не оправдает. Он за рулем. По камерам видно, в крови алкоголь и наркота. Тут просто комбо, что называется.
Ох*еть.
Тут гребанный джекпот, дамы и господа.
Парень не просто влип, он влетел. Как вариант давить на невменяемость из-за потери родственника, но и тут нужна акула в этом деле. Чуваку даже дурка не светит, если дело завязано на наркоте и пьяном вождении.
—Дела…"
"—Отец в гробу переворачивается. Прости, Игорь, земля тебе пухом, — снова произносит он, доставая из-под стола бутылку коньяка и две рюмки.
Меня не спрашивает, просто молча разливает и двигает в мою сторону. Ну куда? Куда? Сейчас же отчет представлять…
Но я выпиваю, однако от этого мне не становится ни легче, ни проще.
—Помянули хоть так. Эх, —опускает голову и выдыхает. Я вижу, как по морщинистому лицу скатывается одинокая слеза.
