— Не волнуйся, милая, я тоже с большим удовольствием возьму тебя в жены. Вот только выйду из больницы.
Элен вдруг погрустнела, подошла к нему и, легко поцеловав в губы, произнесла:
— Скорее бы ты поправлялся, Льюис. Мне так плохо от того, что тебя нет рядом.
— Я тоже очень скучаю без тебя. Знаешь, как ночами в одиночестве бывает тоскливо?
Через несколько минут вернулся Жак, и Элен начала собираться домой, решив по дороге заехать в магазин, так как до начала занятий в школе оставалось всего несколько дней и нужно было купить все необходимое.
Пожелав Льюису побыстрее поправляться и пообещав, что заедут на днях навестить его снова, Элен и Жак ушли.
Льюис, оставшись один, лежал и мечтал о том, что сразу же, как только выйдет из больницы, сделает Элен официальное предложение, они, наконец, поженятся, и станут прекрасной счастливой семьей.
Он представлял себе, как они будут жить втроем, в большой красивой квартире, и сердце его наполнялось радостью.
Поправлялся молодой человек очень быстро в основном благодаря своему сильному организму, справившемуся с потерей крови и победившему тяжелый недуг.
Льюиса выписали из больницы за два дня до начала школьных занятий у Жака. Мужчины вместе собрали все необходимое для школы, десять раз проверив, не забыли ли чего-нибудь. Льюис волновался за паренька едва ли не больше, чем сам Жак. Они вместе ходили гулять и часто брали с собой Элен. В такие дни все трое чувствовали себя, словно члены одной семьи, наконец собравшиеся вместе после долгой разлуки.
Вечером накануне первого школьного дня Жак так волновался, что совершенно потерял аппетит. Он пробовал заняться рисованием, но из этого тоже ничего не получилось. Забавный маленький щенок, как ни старался, не мог привлечь его внимания. Спайдермен забрался на диван, когда мальчик присел, и положил свою мордочку, увенчанную розовой кнопкой носа, ему на колени. Но Жак лишь без особого желания погладил его по лобастой голове.
Ужин, который приготовила Элен, остался нетронутым.
— Жак, милый, — сказала девушка, — я понимаю, что ты волнуешься. Но поесть-то все-таки надо. У тебя же сил не будет, чтобы идти в школу. И голова будет плохо соображать.
— Но я, правда, не хочу есть, — возразил паренек.
— Пожалуй, будет лучше, если Жак просто ляжет сегодня пораньше, — заметил Льюис. — Это волнение — довольно обычная штука, а уж повод волноваться у мальчишки самый уважительный. Ничего, завтра с ним все будет в порядке, вот увидишь.
