Время приближалось к полудню, и нужно было немного отдохнуть и начать готовиться к предстоящему вечеру.
По дороге они заехали пообедать в ресторан «Солнечный остров» и лишь потом, довольные, в прекрасном расположении духа направились в отель.
Когда они добрались, наконец, до «Ле Эскофиер», Мэри и Джимс отправились отдыхать в свой номер, а Лион и Джас уединились в своем. Лион остался в гостиной, устроившись в мягком кресле с небольшой порцией спиртного и утренней газетой в руках. А Джастина поднялась в спальню.
Перед ней стояла неразрешимая задача: нужно было в соответствии с уведенной обстановкой в зрительном зале, в соответствии с тем, как оформлена сцена, выбрать из ее обширного гардероба наиболее подходящий вечерний туалет. Она долго перебирала платья и никак не могла на чем-нибудь остановиться. Но после долгих раздумий^ пытаясь вызвать в воображении свой же собственный образ в том или ином платье на фоне сияющей белизной сцены, Джастина остановилась, наконец, на в меру декольтированном, позволяющем увидеть ее красивые плечи и изящную, гибкую шею изумрудном, с голубым отливом вечернем платье.
Надев его, Джас подошла к большому зеркалу и с головы до ног осмотрела себя. Платье плотно облегало ее точеную, изящную фигуру и делало ее еще более прекрасной. Длинный шлейф мягкими красивыми складками ложился у ее ног. Джастина, постояв немного перед зеркалом, осталась довольна увиденным и решила, что именно в нем она и отправится.
Вечер приближался с неумолимой быстротой. Возле порога особняка уже стоял шикарный, сияющий в лучах заходящего солнца черный лимузин, присланный студией, за рулем которого с важностью восседал прекрасно вышколенный, затянутый в смокинг водитель.
Все были уже готовы и ждали лишь Джас, которая заканчивала последние приготовления. Окинув себя взглядом с головы до ног и убедившись, что выглядит прекрасно, она, наконец, вышла из комнаты и по винтовой лестнице спустилась на первый этаж.
Когда Джастина предстала перед ожидавшими ее родственниками, они были настолько поражены ее красотой и величественностью, которой в обыденной жизни совершенно не было заметно, что просто ахнули.
— Джас, ты великолепна, моя дорогая, — сказал ей Лион."
"— Действительно, выглядишь шикарно. Будешь сегодня самой красивой на этом пышном празднестве, — поддержала Лиона Мэри, улыбнувшись подруге.
