К своему изумрудному платью Джас надела такого же цвета изящные туфли на такой высокой «шпильке», что Лион только диву давался, как она исхитряется ходить в них и не терять равновесия. А дополнял туалет тот самый гарнитур, который подарил ей в Бонне Лион. И сейчас изумруды и бриллианты переливались, прекрасно оттеняя ее зеленые глаза, великолепные рыжие волосы и гладкую, матово-белую кожу.
Выслушав все эти восторги, Джастина поблагодарила своих гостей и сказала:
— Ну что, пора отправляться? А то можем и опоздать.
И Джесса от волнения хватит удар. А когда он придет в себя, то вам достанется от него, так же как и мне, — Джас засмеялась. — Великолепный он человек. Просто обожаю его.
Устроившись в машине, Джас сказала водителю, что можно отправляться, и они тронулись в места.
Утром того же дня, когда должна была состояться премьера «Не вошедших в рай», Элен проснулась свежая, бодрая, хорошо отдохнувшая. Волнение почему-то оставило ее, и она спокойно и внимательно стала готовиться к предстоящему событию.
Благо времени было достаточно.
Приняв контрастный душ, девушка почувствовала себя совсем хорошо. Набросив халат, Элен прошла в спальню и начала собираться. Когда она была уже практически готова и ей осталось лишь надеть на себя платье, из кухни прибежал Жак и сказал:
— Мам, пойдем, папа обедать зовет.
— Сейчас иду.
Элен снова набросила халат и прошла в кухню.
Они с аппетитом пообедали, и Льюис сказал
ей:
— Пора собираться, дорогая, а то ты опоздаешь на открытие своей собственной выставки.
А это еще хуже, чем опоздать на собственную свадьбу.
Элен вернулась в комнату и облачилась в свое лучшее платье, то самое, что купили ей в подарок Льюис и Жак в день свадьбы и в котором, как в один голос уверяли ее мужчины, она была просто неотразима.
— Ну как? — спросила Элен, выйдя из комнаты, и вопросительно взглянула на Льюиса и Жака, в ожидании устроившихся в гостиной на диване.
Мужчины придирчиво осмотрели ее, и Льюис сказал:
— Потрясающе.
Ты сама как творение великого художника. Поверь мне, я ведь все-таки критик.
— Ну что же, дорогие мужчины, пора трогаться? — улыбнувшись, спросила Элен.
— Да, пора, — ответил Льюис.
Они втроем вышли на улицу. Элен и Жак подождали, пока Льюис заведет новенький «рено», а затем забрались в салон. Сегодня они были виновниками торжества. Мощный мотор «рено» торжествующе ревел, словно оповещая весь Рим о том, кого везет.
