Не жди меня долго

За окном – безлюдная набережная, линия парапета, и хмурый океан. Высокие волны размеренно вздымались, били в парапет, откатывали и снова бросались в атаку.

Воздух был влажным и соленым, пах мокрым камнем и чем-то острым, как будто рядом ржавел металл.

Анне стало не по себе. Она подошла к окну и ощутила сильное желание выйти из квартиры на набережную. Всего один шаг…

Вместо этого она обернулась:

Послышались мягкие шаги, и в гостиную заглянула Эльвира Шабтаевна. В переднике, с кухонным полотенцем в руках.

– Витюша скоро придет, – приветливо улыбнулась она.

– Витюша скоро придет, – повторила Эльвира Шабтаевна. – Чайку не желаете, Анна Сергеевна?

Стерхова чуть медлила. Потом сдержанно кивнула:

Эльвира Шабтаевна вышла из комнаты. В глубине квартиры открылась дверь и вызвала сильный порыв ветра. Белая штора резко взмыла вверх и коснулась спинки дивана.

Вскоре Кошелева вернулась с чайным подносом. Без передника, в твидовом серо-бирюзовом костюме с искрами люрекса. Вырез – под горло, нарядные пуговицы, жемчужные бусы – в ней все было безупречно.

Анна села за длинный стол. Хозяйка неспешно расставила чашки. Потом налила чай.

Стерхова замерла и как будто прислушалась. Ни к звукам, ни к словам – к чему-то менее осязаемому. Сидела неподвижно, лицо было спокойным, но в зрачках полыхала тревога.

– Какие у вас приятные духи… – проронила она.

Эльвира Шабтаевна усмехнулась:

– Тер д'Эрмес. Витюше подарила, а ему не понравились. Душусь иногда сама. Не пропадать же добру! Верно?

Стерхова кивнула.

– Обещал. Я ему позвонила. – Ответ Эльвиры Шабтаевны не внес никакой ясности. Она глядела перед собой и время от времени подносила чашку ко рту.

Ветер на улице усилился, и занавеска снова взвилась. Но Кошелева не обращала на это никакого внимания. Французское окно оставалось распахнутым настежь. Океан за парапетом по-прежнему бушевал.

Анна отодвинула чашку.

– Простите. Мне нужно отправить срочное сообщение.

Эльвира Шабтаевна отнеслась к ее слова без всякого интереса, как будто не услышала.

Достав из кармана телефон, Стерхова открыла чат с Корепановым. Бегло набрала сообщение: «Цвет волокон с подоконника?».

Ответ пришел сразу, как если бы Корепанов ждал: «Серо-зеленый или серо-бирюзовый».

Она посмотрела на Кошелеву. Та встала и одернула край твидового жакета.

– Я на минуточку… на кухню.