Вот как так? Пол тёплый, а стена ледяная. Я так и спину застудить могу!"
"Зажмуриваюсь от того, какая ерунда лезет мне в голову, а ещё от того, как близко находится лицо его драконейшества. Второй рукой он хватает меня за подбородок:
— Смотри на меня! — командует он, и я от перепуга распахиваю глаза.
На его виске пульсирует жилка, бровь пересекает тонкий белый шрам, между нахмуренными бровями две глубокие складки, ноздри раздражённо раздуваются, на щеках лёгкая тёмная небритость, которая колется, когда он целует… Я беззастенчиво рассматриваю лицо своего “мужа”.
Но больше всего привлекают внимание его светло-голубые глаза, в которых словно маленькие искорки, горят золотые огоньки. Это завораживает, погружает в какой-то транс… время вокруг будто замедляется. И, кажется, я готова сделать всё, что бы Изар сейчас ни приказал. Хоть отдаться…
— А теперь ты расскажешь поподробнее о государственном перевороте!
В этот момент меня будто погружают в огромный чан с болью. Она пронзает каждый миллиметр моего тела мельчайшими раскалёнными иглами, разрывает меня изнутри, сначала ослепляя, а потом погружая в тёмную вязкую тишину.
Глава 4
Четвёртое перо жалобно хрустит в моей руке и ломается пополам. Сжимаю его в кулаке, на котором уже начинает появляться чешуя. “Дар-рина” — рычит возмущённый дракон.
Спокойно. Вдох-выдох. Кто управляет эмоциями, управляет всем.
Уже спокойно беру пятое перо из рук камердинера, Патрика. Понятливый парень, я рад что в своё время практически вырвал его из трущоб и дал образование.
Преданней его сложно найти.
В пятый раз пытаюсь сосредоточиться на документе. И в пятый раз мысли возвращаются к жене. Никогда так много о ней не думал, как сегодня. Меня злит, что я не ожидал подвоха от кроткой и послушной обычно Дарины. Как она, однако, хорошо играла свою роль.
Ещё больше меня раздражает то, что я не понимаю причины. Почему она пила пустоцвет? Сама так захотела или кто-то надоумил? Может ли это быть происками лорда Неррита? Он каждый раз при встрече напоминает мне, что мне не получить место Правителя без наследника.
Гаргулий зад! Пятое перо с хрустом разламывается на две половины.
— Доктор Фелерик уже отправился к ней, — отстранённо, будто зачитывает сводку новостей, говорит Патрик. — Он сказал, что не стоит беспокоиться, всё это поправимо.
Понимаю, что это опять попытка меня успокоить. Только вот не получается.
Встаю и бросаю камердинеру, что проветрю голову. Но ноги сами несут меня к нашей спальне.
