Не злите джинна из бутылки

Феликс не летел, а осторожно шел по узкому карнизу, опасливо посматривая краем глаза вниз, туда, где на глубине пропасти передвигались маленькие человеческие фигурки и совсем уж крошечные фигурки собак и котов. Сорваться с карниза и рухнуть туда ему совсем не улыбалось, но Феликс был кот, а коты славятся своей ловкостью и умением лазать по самым узким и труднопроходимым путям. Так что не прошло и пяти минут, как он перепрыгнул с карниза на соседский балкон, где его действительно ждала маленькая серенькая кошечка.

Конечно, она была из простых, наверняка провела большую часть своей жизни на чердаках и помойках, но это только прибавляло ей пикантности и очарования в глазах Феликса.

Этот день стал одним из самых счастливых в его жизни.

В то же самое время к открытой форточке спустили с крыши корзинку, в которой сидел загримированный Аскольд. Леня спрятал в густой черной шерсти крошечный микрофон и на прощанье поцеловал кота в макушку.

Корзинка повисла перед окном.

Аскольд плавным, рассчитанным движением вспрыгнул на форточку.

Конечно, он слышал любовные вопли, доносящиеся с соседнего балкона… но не поддался соблазну: перед ним была серьезная задача, и хозяин знал, что он с этой задачей справится.

Совсем рядом, из соседней комнаты, доносились чарующие звуки оперной музыки. Великий тенор Лучано Паваротти, совсем недавно скончавшийся, исполнял романс Неморино из оперы Доницетти «Любовный напиток».

Вальяжный, внушительный старик, величественно восседавший в кресле с высокой резной спинкой, слушал музыку, прикрыв глаза и плавно размахивая в такт пухлой рукой, как будто дирижируя Лондонским симфоническим оркестром.

Ему не хотелось прерывать музыку.

Старик потянулся к кнопке вызова домработницы, но вспомнил, что она полчаса назад ушла в магазин.

Великий Паваротти превзошел самого себя, и старик забыл обо всем на свете.

И вдруг музыка оборвалась, и свет в комнате погас.

Видимо, в самый неподходящий момент в доме отключилось электричество.

Старик нащупал прислоненную к креслу палку, оперся на нее всем весом и поднялся из кресла. Первым делом он добрался до комода, нашел свечу в подсвечнике и зажег ее.

Темнота в комнате немного рассеялась и ожила. В колеблющемся свете свечи по углам тревожно зашевелились тени.