Лишь позже дружок мой, с которым под конец войны свела судьба, открыл мне глаза на многое.
- И ты поверил? - спросила Айями, и голос дрогнул. Потому что интуитивно догадалась о сути событий, произошедших много лет назад, но не решалась озвучить догадку. Слишком это страшно, слишком неправдоподобно.
- Да. Потому что у него на глазах бандиты с амидарейскими погонами и риволийским говором согнали все село от мала до велика в сарай и сожгли живьем. Дружок мой как раз возвращался на фронт после госпиталя и остановился в том селе на побывку.
Так и не добрался до своей части. Пристрелили его за сопротивление, но не добили. Что-то их вспугнуло. Поэтому, можно сказать, ему повезло. Воскрес из мертвых.
- Дикость какая-то, - покачала головой Айями.
Не может такого быть. В то время страна жила только одним: стремлением к победе. Война сплотила людей и на фронте, и в тылу. Поэтому в зверства, рассказанные Айрамиром, не верилось. Не хотелось верить. Отказывалось верить.
- Дружок мой и разложил по полочкам всё, что произошло в окружении.
Всех моих сотоварищей положили, потому что они оказались не в том месте и не в то время. И распознали ненашенский акцент у палачей. А старлей и не думал умирать. Уклонился от удара саблей и упал, чтобы со стороны выглядело достоверно. А что, фокусники и не такие чудеса проделывают.
- Но зачем? - изумилась Айями.
- Потому что попал впросак. В окружении трудно разобрать, где наши, а где враги. Сегодня высота у нас, а назавтра отбита противником.
Так что в любой момент можно запросто напороться на даганнов. Старлей и сам не ожидал, что выведет наш отряд к той деревне. А когда понял, не стал бить себя по лбу. Поздно. К тому же, он знал, что мы сидим в засаде и наблюдаем. Пришлось палачам убирать всех случайных свидетелей.
- Ну, а лейтенант-то почему остался жив? - нахмурилась непонимающе Айями. - Ты же сам сказал, что он наш был. Чистокровный амидареец. Ни акцента у него, ни других странностей.
- Наш, да не наш. Завербованный он.
- Кто-кто? - изумилась Айями.
- Диверсант. Шпион. Разведчик. Предатель. Продажная шкура. Достаточно? - процедил Айрамир. Каждое слово получилось как плевок. - С виду наш человек, а внутри - гниль поганая. И начгоспиталя из той же своры. Иначе как бы палачи вышли на нас с Эринеем?
- Завербованный... - погоняла Айями на языке непривычное слово. - Но кем?
- Неужели до сих пор не поняла? - прищурился парень. - По глазам вижу, что догадалась. Говори уж.
