Вроде бы и комната та же, и тот же стол, и та же печатная машинка в углу, но всё незнакомое, даже карандаши в подстаканнике. Зато напарницы - словно и домой не уходили - мгновенно вернули к реальности. Вспорхнули с мест, завидев Айями.
Конечно же, ограбление было у всех на слуху, и от уха к уху обрастало фантастическими сплетнями, и, конечно же, девушкам не терпелось узнать подробности ужасного происшествия из первых уст.
А и особо рассказывать не о чем. Начала вспоминать Айями, да поднялся ком к горлу, и голос дрогнул.
Напарницы не стали выпытывать, поняли: не время лезть с расспросами. Зачем бередить душу, и так хватает переживаний.
- Мне тоже предложили переехать, - выпалила вдруг Мариаль и покраснела. И гадать не нужно, кто посоветовал. Однако ж Айями напомнила упреждающим жестом, мол, не забывайте о ""жучке"" в комнате. Но Мариаль отмахнулась, видимо, решив, что выдала не такой уж значимый секрет. Гораздо важнее услышать мнение компаньонок. Сопричастных.
- И? - спросила с интересом Риарили.
- Я в раздумьях, - ответила неуверенно Мариаль и обратилась к Айями: - А вы что посоветуете?
- Я?! - изумилась та.
- Боюсь, плохой из меня советчик. В этом вопросе на меня мало надежды.
О, Мариаль, святая простота. Как можно опираться на мнение Айями? Обстоятельства вынудили её принять предложение даганнов, а отнюдь не жажда комфортной жизни.
- Аррас... Мне сказали, по вечерам там освещается подъезд и двор. И есть горячая вода, и канализация, - сказала мечтательно Мариаль. - И душ!
- Ого! - изумилась Риарили.
""Как дети, право"", - подумала раздраженно Айями. Если бы ей выпала возможность выбирать, она предпочла бы остаться там, где все знакомо и исхожено вдоль и поперек.
Однако ж, пора возвращаться к переводам, вникать в термины и фразеологические обороты. И выкинуть из головы постороннюю чепуху.
Мариаль недолго раздумывала. Или ее эчир* привел веские доводы, или соблазнил обещанный комфорт. На следующий день Мариаль не пришла на работу, а по возвращению домой Айями увидела у подъезда грузовик, из кузова которого даганны стаскивали мебель и заносили на пятый этаж.
Такая же неказистая утварь, как и у нас, отметила Айями. Этажом выше что-то двигали, чем-то гремели, что-то роняли.
Айями посторонилась, пропуская солдат, несших наверх комод."
"- Кто-то переезжает? - спросила у Эммалиэ.
- Да вот, полдня таскают. Видать, немало скарба, - ответила та, прислушиваясь к звукам наверху. - Так, красотули, марш мыть руки и ужинать. Суп остывает.
